Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
к началу раздела Литературная критика
к содержанию текущего раздела

Яблоков Евгений Александрович
Роман Александра Грина "Блистающий мир"

Литературная критика романа "Блистающий мир". Глава 5 (часть 1)

"Лебединые" мотивы в "БМ" заставляют вновь обратиться к творчеству Мережковского: "человек-лебедь" — один из главных лейтмотивов романа "Воскресшие боги". Конечно, исходные установки двух книг существенно различаются: главный герой Мережковского — человек, мечтающий (хотя и действенно) о полёте, и роман Грина — о человеке летающем.

Однако в художественной структуре "Воскресших богов" так много элементов, роднящих это произведение с "БМ", что роман Мережковского, опубликованный за несколько лет до начала литературной деятельности Грина, с полным правом может рассматриваться как один из важнейших "пратекстов", обусловивших развитие темы полёта в гриновском творчестве.

Роль "птичьих" мотивов в "Воскресших богах" чрезвычайно велика: фактически можно говорить об "орнитоморфном" образе героя. Идея богоподобного человека — сына лебедя — явственно выражена в описании картины Леонардо:

"Над вечерними водами горных озёр стояла голая белая Леда; исполинский лебедь крылом охватил её стан, выгибая длинную шею, наполняя пустынное небо и землю криком торжествующей любви; в ногах её, среди водяных растений, животных и насекомых, среди прозябающих семян, личинок и зародышей, в теплом сумраке, в душной сырости, копошились новорожденные близнецы — полубоги, полузвери — Кастор и Поллукс, только что вылупившись из разбитой скорлупы огромного яйца. И Леда, вся, до последних сокровенных складок тела, обнажённая, любовалась на детей своих, обнимая шею лебедя с целомудренной и сладострастной улыбкой" (Мережковский 1990, с. 200).

Личность Леонардо сформирована под влиянием античных мифов и птиц — реальных и сказочных: "Он вспомнил, как, будучи ребёнком, следил за полетом журавлей и, когда доносилось до него чуть слышное курлыкание, как будто призыв: "полетим! полетим!" — плакал от зависти.

Вспомнил, как выпускал тайком скворцов и малиновок из дедушкиных клеток, любуясь радостью освобождённых пленниц; как однажды школьный учитель-монах рассказал ему о сыне Дедала, Икаре, который задумал лететь на крыльях, сделанных из воска, упал и погиб, и как впоследствии на вопрос учителя, кто самый великий из героев древности, он ответил без колебания: "Икар, сын Дедала!"

--

Вспомнил также свое удивление и радость, когда в первый раз на Кампанилле — колокольне флорентийского собора Марии дель Фьоре, среди барельефов Джотто, изображавших все искусства и науки, увидел смешного, неуклюжего человека, летящего механика Дедала, с головы до ног покрытого птичьими перьями. Было у него и ещё одно воспоминание самого первого детства, из тех, которые кажутся другим нелепыми, а тому, кто хранит их в душе, полными тайною, как вещие сны.

"Должно быть, подробно писать о Коршуне — судьба моя, — говорил он об этом воспоминании в одном из дневников, — ибо, помню однажды, в раннем детстве, снилось мне, что я лежу в колыбели, и некий Коршун прилетел ко мне, и открыл мне уста, и много раз провел по ним перьями, как бы в знак того, что всю жизнь я буду говорить о Крыльях" (там же, с. 375).

Леонардо неоднократно уподобляется лебедю. Характерна сцена, когда после разговора с ним герцог Моро смотрит на присланных в подарок птиц:

"Ему казалось, что в тёмной, может быть, преступной, жизни его Леонардо был подобен этим белым лебедям, в черной воде, во рву Миланской крепости, меж грозными бойницами, башнями, пороховыми складами, пирамидами ядер и жерлами пушек, — такой же бесполезный и прекрасный, такой же чистый и девственный. <...> ...плавно качаясь, дремали, полные тайны, окружённые звёздами, как видения, между двумя небесами — небом вверху и небом внизу, одинаково чуждые и близкие обоим, лебеди со своими двойниками в тёмном зеркале вод" (там же, с. 301).

назад-далее

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)