Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
к началу раздела Литературная критика
к содержанию текущего раздела

Яблоков Евгений Александрович
Роман Александра Грина "Блистающий мир"

Литературная критика романа "Блистающий мир". Глава 3 (часть 8)

В книге 1794 г. "Происхождение всех культов" Дюпюи утверждал, что Иисус, как и Аполлон, — это персонификация солярного мифа, двенадцать апостолов символизируют двенадцать знаков Зодиака, смерть и воскресение Иисуса — иносказательный образ солнечного затмения и т. п.

На рубеже XIX—XX в. эти идеи получили развитие в работах Н. Морозова (см.: Морозов 1907), со временем создавшего семитомный труд "Христос", в начале которого он пояснял: "Верховным руководителем религиозной мысли был бог-солнце, "всеподдерживающий творец неба и земли, всего видимого и невидимого", мимо которого проходили 12 его апостолов, созвездий Зодиака, одно из которых, находящееся ниже всех других, — Скорпион — и было объявлено потом его предателем" (Морозов 1924, с. 84).

Астральная теория развивалась в работах немецкого философа А. Древса, писавшего: "Иисус-Иошуа в своей первооснове является никем иным как солнцем в его ежегодном движении, где оно то одерживает победу, то подвергается смерти" (Древс 1926, с. 100). Эту тенденцию продолжал польский журналист А. Немоевский: "Борьба света с мраком, Ормузда и Аримана, Христа и Сатаны, добра и зла — стара, как борьба бога-солнца с чёрным чудовищем, бога месяца с затмевающим драконом, дня с ночью" (Немоевский 1920, с. 123).

--

Данные идеи весьма широко популяризировались в антирелигиозной пропаганде 1920-х годов. Ср. суждения Ем. Ярославского, который возводил словосочетание "Agnus Dei" к "Deus Agni" и писал, что евангельский Агнец — "переделка изображения солнечного арийского бога Агни" и "история Христа кажется только разукрашенной копией с истории этого солнечного бога" (Ярославский 1923, с. 87, 93).

В своем сочинении Перес проводил мысль, что сомневаться в существовании Христа, видя в нём лишь олицетворение Солнца, всё равно что отрицать историчность Наполеона. Заметим, что в романе Грина позиция Переса интерпретируется прямо противоположным образом — ирония, звучащая в названии памфлета, игнорируется (хотя не вполне ясно, чья "точка зрения" здесь изображена - повествователя или героя).

Впрочем, и сама "наполеоновская" тема получает в "БМ" двойственное развитие. Наполеон — символ "сверхчеловеческих" возможностей. Ср. "автопортрет" безумного героя в рассказе "Канат": "Это — король. Наполеон, Будда, Христос, Тамерлан... все вместе" (4, 253).

Но, несмотря на "высокий" романтический ореол наполеоновского образа, герой Грина, в традиционном для русской литературы духе, решительно отвергает "наполеонизм" — отказывается от "сверхчеловечески"- диктаторской роли. В кульминационный момент эпизода в цирке Друд стоит над толпой в "наполеоновской" позе — "скрестив руки".

Тем не менее одни персонажи "БМ" будут подозревать Друда в подобных устремлениях, а другие попытаются ему их навязать.

назад-далее

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2018 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)