Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
к началу раздела Литературная критика
к содержанию текущего раздела

Яблоков Евгений Александрович
Роман Александра Грина "Блистающий мир"

Литературная критика романа "Блистающий мир". Глава 3 (часть 3)

Святитель Николай спасает трёх бедных девушек от позора, тайно подложив им деньги. <...> ...если во всей дореволюционной России знали житие Николая Чудотворца, то уж на Вятке его знали точно за счёт традиции Великорецкого крестного хода, не мог не знать и Грин. <...> Александр Грин, через два дня после рождения, был крещён в храме во имя святителя Николая (Никольская церковь в городе Слободском)" (Смоленцев, эл. публ.; см. также: Семибратов 2000).

В эпизоде молитвы Руны повторяется и способ, с помощью которого Грэй пытался "рассказать" матери о море: "Если бы ты слышала, как я, — приложи к уху раковину: в ней шум вечной волны" (3, 30). В образе моря уже намечен символический, философский смысл — который в "БМ" эксплицируется: шум морской раковины означает "море в сердцах" (3, 184), а о Друде говорится, что он "всколыхнул тайные воды людских душ" (3, 107). Заглянув в его глаза, Руна видит "непостижимое мерцание огромных зрачков, в которых, казалось, движется бесконечная толпа или ходит, ворочая валами, море" (3, 112).

Хотя в восприятии Руны герой предстает наставником маленького Христа, однако "рыбацкие" черты Друда ("В грязной и грубой одежде рыбака был он, словно лишь теперь вышел из лодки"), разумеется, отождествляют его и с апостолом — "ловцом человеков" (Мф 4: 19; Мк 1: 17).

Символический мотив "ловли" намечен уже в сцене, когда Друд впервые видит читающую Тави (причем "рыбацкая" тема сочетается здесь с мотивом всеведения): "С неторопливой, спокойной внимательностью, подобной тому, как рыбаки рассматривают и перебирают узлы петель своей сети, вникал он во все мелочи впечатления, производимого на него девушкой, пока не понял, что перед ним человек, вступивший, не зная о том, в опасный глухой круг" (3, 139-140).

--

"Рыболовные" мотивы романа тоже восходят к "АП". Отнюдь не случайно первая "встреча" Грэя с Ассоль происходит во время рыбалки — причём два значения этого слова, прямое и метафорическое, как бы "распределены" между двумя персонажами: "собственно" рыбаком предстает легкомысленный Летика, Грэй же воплощает образ "ловца человеков": "Быть может, при других обстоятельствах эта девушка была бы замечена им только глазами, но тут он иначе увидел её. Всё стронулось, всё усмехнулось в нём" (3, 36).

Поэтому кольцо, которое Грэй оставляет на пальце Ассоль51 (3, 37), напоминает "кольцо рыбака" — один из атрибутов сана Папы Римского52, связанный именно с рыбацкой символикой апостола Петра (бывшего Симона): это кольцо украшено резным образом Петра в лодке, тянущего сеть (Холл 1997, с. 303).

Интересно, что и в "БМ" первый "физический" контакт между персонажами осуществляется с помощью кольца, — Руна подает Друду тайный знак: "Камень кольца нажал его ладонь" (3, 111); а в романе "Воскресшие боги" папская печать называется "великой печатью Рыбаря" (Мережковский 1990, с. 179).

Развивая сакральные коннотации образа Друда, отметим показательную реакцию, которую вызывает у героя "БМ" покушение на его жизнь, закончившееся падением подосланного убийцы с большой высоты и его смертью: "Змея бросилась на орла"53 (4, 84).

Основная коллизия романа явно перекликается с горьковской "Песней о Соколе": несмотря на стилевое различие этих произведений, оппозиция неба и земли и мотив падения как неизбежного (в представлении Ужа) фиаско всякого полёта (ср. в финале "БМ" слова Руны: "Земля сильнее его" [3, 223]) роднят Грина со стихотворением М. Горького. Кстати, это стихотворение послужило основой памфлета В. Брусянина "Горький", который был помещён в третьем номере журнала "Эшафот" непосредственно после гриновского фельетона "Поводырь, или Добрый Папа".

назад-далее

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2018 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)