Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
к содержанию книги - к началу раздела

Поэтика прозы Александра Грина

Глава 5.  Условное и реальное в поэтике А. С. Грина

Правдоподобие прозы

назад::далее

Исследуя особенности поэтической идеализации, обозначая мифологичность и символичность творческого сознания писателя, выявляя специфику его художественного пространства и времени, мы неоднократно упоминали об элементах реального в условном, вымышленном мире Грина.

В одной из последних своих монографий Николаев Н. А. [141] прослеживает то, как Грин уходит от изображения реального мира и выходит на уровень сотворения условной среды. Исследователь трактует это как внутреннюю творческую необходимость, как диктат тех самых законов, которые художники признают "сами над собою" (А. Пушкин). В других своих работах Николаев Н.А. осмысливает стабильный условный ("синтетический") мир Грина, не возвращаясь к реальному пласту его прозы.

Пожалуй, наибольшее внимание реалистическим произведениям Грина уделил в своих статьях Россельс В. М. [221, с. 224]. Нужно отметить, что реализм Грина нашёл позитивную оценку во многих литературоведческих трудах последних десятилетий. Более того, Ковский В. Е. в статье "Возвращение к Грину" [150], переосмысляя проблему гриновского реализма, поднимает его до одного уровня с реализмом Горького, Чехова, Куприна, Андреева и утверждает, что Грин не расставался с ним до конца своего творческого пути. Как на самый яркий пример Ковский В. Е. ссылается на "Автобиографическую повесть" (1932) писателя.

--

Многие исследователи, выявляя правдоподобие романтической прозы Грина, прямо или косвенно связывали это её качество с реалистическим опытом творчества автора. Иначе говоря, гриноведение не упускало из поля зрения как тот, так и другой вид прозы писателя и сделало достаточно много для их осмысления.

Тем не менее, в этом направлении, на наш взгляд сделано далеко не всё. У Грина есть такие произведения, где реальное и романтическое вступают в непосредственные отношения. И тут, собственно, нет ничего удивительного. Такие отношения произрастают на древе романтизма изначально и вытекают, по убеждениям старых романтиков, из двоякой обусловленности искусства: окружающей художника реальной действительностью и глубинами духа, таящегося внутри самого художника. В искусстве, согласно концепции романтиков, непременно сочетаются реальное с идеальным или, как в случае с Грином, реальное с условным.

Условная Гринландия позволяла писателю наиболее адекватно воплощать своё "идеальное" в жизнь. Так вот, гриноведение ещё не обращалось непосредственно к проблеме соотношения в прозе Грина действительного и вымышленного, реального и условного. А в этом, как нам представляется, есть насущная необходимость. Осмысление данной проблемы восполняет общую картину поэтического мира прозы романтика.

Итак, одной из характерных особенностей романтизма писателя является слияние в нём мира условного и мира реального. Исследователи называют такую поэтическую особенность принципом аффектации.

В чём его суть? Сознание художника, направленное на познание внутреннего мира человека, но настроенное и на поэтическое преображение действительности, создаёт вымышленные образы, которые сливаются с отражённой действительностью и воспринимаются как реальность.

В зависимости от силы воображения, от яркости ассоциативного мира сознания образы, созданные автором, точнее его фантазией, могут вступать в различные отношения с отраженными реалиями, порой вытесняя их. Эти образы, представшие как реальность, служат средством утверждения возвышенных идеалов.

В серии новелл 1914—1916 годов Грина привлекает эффект раздвоения сознания. Одно из направлений этого раздвоения является верным отражением реальности, другое — оторванным от действий человека.

Грин обращает внимание читателя на то, что происходит это в минуты сильнейших потрясений. Тогда дух человека теряет сознание действительности и продолжает в воображении события, которые уже закончились.

В этом плане можно вспомнить две новеллы писателя: "Бой на штыках" и «Тайна лунной ночи».

на верх страницы - к содержанию - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)