Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
Александр Степанович Грин: взгляд из XXI века
к содержанию

Н. Д. Богатырёва
"НОМО VOLANS" В НОВЕЛЛИСТИКЕ Л. АНДРЕЕВА И А. ГРИНА
начало::02::03::окончание

В полетах людей, даже неудачных, есть что-то древнее и сужденное человечеству, следовательно - высокое.
А. Блок

Мечте человека о полетах подобно свободно парящей птице суждено было пройти многовековой путь от греческого мифа о Дедале и Икаре до рождения авиации в конце XIX века. Активная разработка темы авиации в русской прозе и поэзии начала века XX связана с военными и революционными потрясениями: рождается военная авиация, проводятся авиационные праздники, многочисленные состязания на дальность и высоту полетов. Произведения об авиаторах, летчиках ("летунах"), самолетах (в творчестве, к примеру, А. Грина, А. Куприна, Л. Андреева, А. Блока и др.) становятся, с одной стороны, откликом на реальные события современности.

С другой стороны, сама возможность летать всегда воспринималась как чудо, поражающее воображение, как способ проникновения за пределы земного бытия, перехода через умопостигаемые границы и обращения к трансцендентным началам. Подобная амбивалентность темы в высшей степени свойственна новеллам Л. Андреева и А. Грина об авиаторах. И одному, и другому художнику важно повернуть реальный материал "экзистенциальным углом", заострив проблемы соотношения материи и духа, жизни, смерти и бессмертия.

Новелла А. Грина "Состязание в Лиссе" (1910) была написана вскоре после авиационной недели в Петербурге, проходившей 25 апреля - 2 мая 1910 года. Правда, опубликована она была лишь в 1921 году. Гирноведы считают это произведение первым подходом к тематике романа "Блистающий мир" (1923) [1].

На глубоко интересовавшую его тему авиации Леонид Андреев написал очерк "НОМО" (Отечество. 1914. № 3. 16 ноября. С. 61-64) и рассказ "Надсмертное/Полет" (1914) [2]. Рассказ создан в 1913 году и опубликован в №1 журнала "Современный мир" (до 1906 года — "Мир божий") за 1914 год. О реальной основе рассказа в комментариях М. В. Козьменко к 4-му тому собрания сочинений Л. Андреева сказано: "Прототипом Пушкарева является знакомый писателя, один из первых русских летчиков Лев Макарович Мациевич (1877-1910), который разбился в Крыму 25 сентября 1910 года, пытаясь установить рекорд высоты" [3].

Грин верил, что миф об Икаре - вовсе не легенда, сказка, мечта человека о полетах, а отражение самой что ни на есть реальной, но постепенно утраченной способности, присущей древнейшему человеку. "Сны, в которых спящий летает, он приводил в доказательство того, что человек некогда летал, - эти каждому знакомые сны он считал воспоминанием об атрофированном свойстве человека. Он утверждал, что рост авиации зависит от стремления человека вернуть эту утраченную им способность летать", - вспоминает Мих. Слонимский [4].

--

Андреева привлекало в полетах то, что он называл "роковым переходом через грань". "Я еще не летал на аэро (а думаю!), но знаю заранее: самое сильное впечатление и чувство полета будет то, когда аэрплан отделится от земли. На полеты я смотрел довольно много, но даже мертвые петли Пегу не родили во мне того глубочайшего вздоха, каким вздохнул я, когда машина - вдруг - перестала - быть на земле. Этот первый вершок, аршин, эта грань перейденная.

Так и первый поцелуй. Была нелюбовь, чужое, и вдруг стала - любовь. Что это?

Живешь в обмане личного, реального, временного. И только при них переходах "через грань", когда механик словно меняет ленту, на мгновение сбрасываешь с себя обман, подглядываешь всю механику. И тогда становишься не личным, ирреальным и вечно сущим. Каков и есмь!" [5]. Итак, извечное стремление человека бросить вызов земным законам бытия, стать "ирреальным и вечно сущим" привлекало обоих писателей, но получило разное художественное воплощение.

Для Грина было принципиально важным разделить человека и машину, приспособление, техническое устройство, с помощью которого человек реально поднимается в воздух, совершает полеты. Романтико-мифологическое сознание Грина бунтовало против признания аппарата, творения рук и мозга человека, одного из вершинных достижений человеческого гения. Грину важно было доказать способность человека летать без специальных приспособлений. Авиатор для писателя - всего лишь шофер, водитель бездушной машины, а самолет - груда железа.

"Между тем тщательно охраняемое под крышей непрочное, безобразное сооружение, насквозь пропитанное потными испарениями мозга, сочинившими его подозрительную конструкцию, выкатывается рабочими на траву. Его крылья мертвы. Это - материя, распятая в воздухе; на нее садится человек с мыслями о бензине, треске винта, прочности гаек и проволоки и, еще не взлетев, думает, что упал, Перед ним целая кухня, в которой, на уже упомянутом бензине, ю товится жаркое из пространства и неба" [6].

"Трагическое усилие человеческой воли, созданное из пота, крови и слез, - огромный аппарат - бессильно никнул к земле..." ("Тяжелый воздух") (1912) (II, 513).

(Сравним у Андреева: "На аэродроме уже был народ, и оживленно готовились к полету летчики, выдвигали машины из ангаров, проверяли, подтягивали металлические тросы; кто-то яростно бранился в сарае, что опять привезли не того бензину... <...> Но, в общем, всё обстояло благополучно, даже хорошо, и волновались, и высказывали недовольство только для того, чтобы оградиться от судьбы..."? [7]).

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)