Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
Александр Степанович Грин: взгляд из XXI века
к содержанию

Л. А. Мельникова
СЛОВО В КОНТЕКСТЕ
(ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКАЯ СОЧЕТАЕМОСТЬ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ А. С. ГРИНА)
начало::02::03::окончание

Анализ системы образов художественного произведения, изучение идиостиля писателя невозможны без лингвостилистического анализа художественной речи, без выяснения природы смысловой емкости слова в контексте. "Любой словарь художественной речи сосредоточивает основное свое внимание как раз на неповторимых отклонениях от стандартного словоупотребления" [1].

Объем контекста связан со степенью его достаточности для интерпретации художественного словоупотребления и в каждом конкретном случае определяется особо. Для некоторых словоупотреблений контекстом может служить все произведение, для других достаточным является минимальный контекст, например словосочетание. Важно также иметь в виду, что "отношения между словом и контекстом в художественной речи двусторонни", поскольку помимо того, что художественное слово проявляется во всей полноте своих эстетических преобразований лишь в контексте, "слово в художественной речи само активно создает свой контекст ту словесную "плазму"... на которой так или иначе сказывается эстетическое преображение данного слова" [2].

Окказиональное словоупотребление в произведениях художника слова способно переходить в узус, если талант, языковое чутье и владение свойственными данному языку законами присущи писателю. Нестандартное словоупотребление показывает своеобразное художественное видение писателя и, в конечном счете, характеризует его творческий метод. Степень выразительности языковых средств зависит от степени привычности / непривычности их для читателя.

Лексика, обладающая самой высокой валентностью и частотой в произведениях А. С. Грина (её составили более 100 прилагательных, наиболее часто употребляемых в романах "Блистающий мир", "Золотая цепь", "Бегущая по волнам", "Дорога никуда" и "Автобиографической повести"), не выходит за рамки частотной системы лексики художественной литературы [3]. Однако полное совпадение в частотном распределении такой лексики невозможно, так как каждый писатель индивидуально подходит к ее отбору. А те случаи, которые особенно заметно выделяются из системы, свидетельствуют лишь об их особой значимости для творчества писателя.

Группа наиболее часто используемых в произведениях писателя прилагательных представляется нам особенно важной, так как эта лексика нейтральна по отношению к темам и сюжетам произведений. Она характеризует не отдельное произведение, а в большей степени романистику писателя в целом. Более всего это относится к прилагательным, частота которых значительно отличается от частоты этих прилагательных в русском литературном языке [3] и, в частности, в языке художественной прозы (золотой, странный, огромный, полный).

--

Самые частые определения в произведениях писателя выполняют важные функции: эмоционально-оценочную, психологическую и описательную. Эти прилагательные характерны именно для А. С. Грина. Так, например, у К. Г. Паустовского [4] в первой сотне самых частых прилагательных отсутствуют такие значимые для А. С. Грина слова, как странный и огромный, и более низкие места в частотном списке занимают прилагательные полный, высокий, золотой. Занимающее же первое место в частотном списке прилагательных К. Г. Паустовского слово глубокий у А. С. Грина находится лишь на 31-м месте.

На основании критерия высоких статистических показателей в разном количестве произведений были выделены группы слов, обладающих высокой валентностью и частотой не во всех пяти рассматриваемых нами произведениях писателя, а в четырех, трех и т. д. Оставшаяся часть прилагательных, не соотносимых с указанными критериями, характеризуется средней или низкой валентностью и частотой и лишь высокими общими показателями.

Названные определения примыкают к группе самых частых во всех произведениях писателя, они также в минимальной степени зависят от тем и сюжетов произведений и максимально характеризуют особенности словоупотребления А. С. Грина. Отсутствие высокого показателя валентности у такого слова в каком-либо из произведений означает то, что оно заменяется одним или несколькими синонимами, причем это прилагательное все-таки непременно присутствует в данном произведении, но с более низкой валентностью. К числу таких прилагательных у А. С. Грина относятся прилагательные нервный и тяжелый, отличающиеся заметным своеобразием авторского употребления.

Прилагательное нервный в языке художественной прозы не отличается высокой частотой (по данным "Частотного словаря русского языка", порядковый номер среди прилагательных - 355). Общие элементы, т. е. такие, которые встречаются не в одном, а в нескольких произведениях, - нервная сила, нервный человек, нервная тень. Круг существительных, охваченных сочетаемостью с этим прилагательным, лексически разнообразен и в значительной степени расширен А. С. Грином.

Прилагательное нервный у А. С. Грина определяет конкретные существительные (лицо, лоб, рука; дама, человек, прохожие) и абстрактные существительные, образующие с определением традиционные словосочетания (дрожь, блеск, бледность, дыхание, напряжение), а также индивидуально-авторские словосочетания (сила, тень, игра, восприятие, жажда, ломота, позыв, смысл, такт, тепло, теплота, тон, трепет). За счет лексического разнообразия определяемых существительных писатель передает разнообразнейшие оттенки переживаний, настроений, перемен в духовной жизни и внутреннем состоянии героев. Примеры из текста показывают многообразие психологических характеристик. А. С. Грин дифференцирует эти характеристики за счет расширения рядов абстрактных существительных, благодаря своему, уже упоминавшемуся ранее, приему определения предмета или явления посредством определения одной из его сторон, функций, признаков (нервное лицо - нервная игра лица, нервный лоб - нервная игра склдок широкого лба).

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)