Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
Александр Степанович Грин: взгляд из XXI века
к содержанию

Р. М. Ханинова
СТАТУЯ В СЮЖЕТЕ РАССКАЗОВ АЛЕКСАНДРА ГРИНА 1910-1920-х гг.: СЕМАНТИКА, СИМВОЛ, ФУНКЦИЯ
начало::02::03::04::05::06::окончание

Кошка. Детская иллюстрация к повести А. Грина "Алые паруса"

Кроме того, в символике кольца — конфигурация круга, знака вечности, удвоенной надписью. В ранней повести "Души чистилища" (1834), как заметила В. А. Мильчина, Мериме не преминул упомянуть и о некоем (неизвестно, каком именно) доне Хуане, который "сделал странное предложение Хиральде — бронзовой фигуре, увенчивающей мавританскую башню собора, и как Хиральда его приняла" (7, с. 19).

И наконец, заслуживает внимания в "Венере Илльской" предположение рассказчика о том, что женская статуя напоминала позой известную статую "Игрока в мурр": демонстрировала правой рукой жест, в котором большой палец и два следующих были вытянуты, а последние два слегка согнуты. Суть этой старинной игры заключена в том, что двое играющих одновременно показывают несколько пальцев и при этом произносят какое-либо число; выигрывает тот, кто назвал число, равное количеству пальцев, показанным им и его партнером (8, с. 812).

Венера указывала на любовный треугольник, в котором для нее исключена третья сторона (большой палец в хиромантии определяют как Холм Венеры). Символично и то, что рука статуи обращена ладонью к её обнаженной груди (сердце), Адольф надел кольцо именно на безымянный палец этой руки (левая — придерживала одеяние). Числительное "два" также организует сюжетную стратегию произведений указанных авторов.

Если в новелле П. Мериме ревнивая статуя убила жениха, то в рассказе А. Грина "Убийство в Кунст-Фише" (1922) в роли убийцы любовников выступает восточная статуэтка. Здесь есть свой любовный треугольник, который составляют двое мужчин и женщина, как в "Жизни Гнора", с разницей семейных отношений: жена разлюбила мужа и полюбила другого человека. По мнению Л. Михайловой, это рассказ о естественной красоте, убитой искусственной подделкой под жизнь" (9, с. 146).

На наш взгляд, гриновский текст развивает роковую тему оживших статуй в ином аспекте, когда все стороны любовного треугольника равнозначны. И, хотя повествование ведется от имени безымянного героя-рассказчика, страдающего, по его признанию, манией преследовании (галлюцинации кокаиниста представили жуткое двойное убийство ожившей статуэткой в гостиной загородного дома), газетное сообщение подтвердило ему факт преступления.

Авторская интенция направлена на постижение необъяснимого: "...Так произошли вещи, о которых более логические умы принуждены думать лишнее; во всяком случае - придавать им расплывчатость и неопределенность, без чего им, пожалуй, не стоило бы и размышлять о происшествии в предместье Кунст-Фиш" (1, т. 3, с. 232). Эта же мысль настойчиво заключает повествование: "Однако никто не может принудить людей "думать лишнее" - о чем упомянул я в начале этих страниц" (1, т. 3, с. 236).

--

Сюжет ведет мотив соглядатайства статуи и человека, рассказчик подсмотрел многое в окне чужого дома. Визуальная поэтика расщепляет ракурс с динамичным фокусированием разных точек зрения: свой/чужой, внешний/внутренний, мужской/женский, человеческий/статуарный, прямой/опосредованный. Так, вначале соглядатай заметил в освещенном окне спиной к нему стоящего у камина стройного человека, который занес для удара бронзовые каминные щипцы, объект удара - нечто, на чем не остановилось еще внимание постороннего, обзор закрыт незнакомцем.

Следя за направлением его взгляда, рассказчик увидел в кресле молодую женщину с переменчивым выражением лица, затем, переведя любопытный свой взгляд на каминную доску, разглядел на ней только небольшую фарфоровую статую, изображающую бегущего самурая с двумя саблями, с рукой, положенной на рукоять сабли. Его поразило жизнеподобие японского изделия, змеиная улыбка при угрожающей позе, острые косые глаза. Вспомним, как в новелле Мериме взгляд статуи был настолько пронзителен, что многие, в частности рассказчик, ощущали беспокойство.

Когда взгляд гриновского рассказчика перемещается по гостиной и фокусирует говорящих, появляется опосредованно новый взгляд во внутреннем пространстве. "Пусть он смотрит, если ему так хочется, на меня с тобой глазами этого идола", — говорит женщина с досадой, с насмешливой злостью созерцая подарок мужа, стремясь воспротивиться чужой воле (1, т. 3, с. 235). По мысли одного из героев Грина ("Человек с человеком", 1913), только "человек с закрытыми внутренними глазами, слепыми, как глаза статуи" может стоять на маленьком пьедестале, который ему дала жизнь, непоколебимо и цельно, иной, с тонкой натурой, гибнет, ожесточается или уходит (1, т. 2, с. 205).

Характерно, что, как и в рассказе Мериме, маленькая статуя названа идолом теми, кто настроен враждебно к артефакту. Идол (от греч. eidolon - образ, подобие) в семантике своей несет обозначение языческого божества в зоо- или антропоморфной трактовке, требующее культового поклонения в виде жертвоприношения (10, с. 198). В данном случае это воин, более того, самурай, верный слуга своего хозяина - сегуна в кодексе бусидо. Но в ином ментальном, европейском, сознании восточное, азиатское, инородное позиционируется как враждебное, усугубленное письменным подтверждением ненавистного Эте мужа. Она читает письмо Дику-любовнику: "...вместо меня посылаю ее (статуэтку. - Р. X.), так как долго с чувством свидания рассматривал эту вещь, зная, что твои глаза также увидят ее. <...> Да сохранит и защитит тебя этот воин, как если бы я сам был с тобой" (1, т. 3, с. 235). Вещие сны об измене жены, о которых муж упоминал в послании, сублимированы в необычном подарке: в глубинных психологических символах меч (сабля) обладает фаллическим характером.

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)