Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
Александр Грин: современный научный контекст
к содержанию

В. В. Навроцкий (Ялта)
«О пребывании М. Булгакова в Коктебеле, Мисхоре, Ялте (1925,1926 и 1927 годы) и некоторых его взаимоотношениях с С. Елпатьевским, А. Грином и семьей Габричевских-Северцовых»
начало::02::03::окончание

Фантазии на крыше (Ассоль и алые паруса)

Мой интерес к булгаковской теме, к поиску малоизвестных и неизвестных фактов, адресов, людей к ней причастных тесно связан с судьбой моей супруги, И. В. Шуйской и с моими научными увлечениями еще студенческих лет.

Ирина Викторовна Шумская потеряла в 1936 году мать, а в 1937 году расстреляли ее отца. Еще с довоенных лет ее, подававшую надежды школьницу-пианистку опекали приезжавшие в Свердловск выдающиеся педагоги-музыканты Д. Кабалевский, Г. Нейгауз.

В свою очередь в 1941-43 гг. она с подругами однокурсницами уже консерватории делали все возможное для облегчения нелегкого быта сосланного к ним в город из Москвы любимого профессора - учителя Г. Нейгауза.

Ирина Викгоровна была свидетельницей, а порой и скромной участницей чрезвычайно интересных бесед Г. Нейгауза и сосланного туда же его друга Г. Габричевсюго, чаще всего, проходивших в промерзлом домике на окраине Свердловска, за занавеской, отделявшей угол академика в комнате хозяйки.

Переписка Г. Нейгауза с И. Шумской за 1942-64 года опубликована в Москве в 1992 и в 2002 годах [7.4, 8.4].

И мне повезло в жизни - помимо студенческих увлечений (1946-47 гг.) биологией с тщательной проработкой монографий Северцова, его учению Шмалыаузена, я позже познакомился с Г. Нейгаузом, приезжавшем к нам в Ливадию, с Н. и А. Габричевскими, племянницей Северцова-Ольгой, женой писателя А. Грина, с женой М. Волошина Марией Степановной и его племянницей Т. Шмелевой, проживавшей в Ялте и с выдающимся врачом, уроженцем Ялты, краеведом, коллекционером, профессором в 1924 году наблюдавшим пациентов Коктебеля, другом М. Волошина, М. Саркизовым-Серазини.

--

Мы с супругой, И. В. Шумской, побывали в Коктебеле у Марии Степановны Волошиной, в то время, когда своими воспоминаниями в этом доме делилась Анастасия Цветаева и в гостях у Н. и А. Габричевских. Видели своеобразные картины, портреты (в том числе и молодого И. Бродского) в стиле примитивизма, выполненные Наталией Алексеевной, разрисованную ею в доме мебель. Из ее воспоминаний мы узнали много забавных фактов о пребывании супругов Булгаковых в гостях у Волошиных в 1925 году, в частности, о его явном интересе к «кухне», «заботе» о питании привередливой к еде, вечно болеющей писательнице Федорченко, которой приготовлялись «диетические» блюда из имевшихся в тот момент продуктов, после чего «доктор» шел к своей пациентке и, глубокомысленно рассуждая, советовал ей блюдо, уже заранее согласованное с поварами, что смягчало обстановку, о комических ситуациях, возникавших вокруг тогда молодого писателя Л. Леонова, о причине ее «неудавшегося» романа с Михаилом Афанасьевичем и т. п. Все это написано живо, легко и дает возможность зримо, изнутри представить жизнь Волошинсюго дома сезона 1925 года.

Внимательно прочитав коктебельские записи М. Булгакова, [3.5] мне удалось обнаружить факт незаслуженно неуважительного отношения писателя к известному общественному деятелю, другу А. Чехова, М. Волошина, доктору С. Елпатьевсному - выдала анонимная цитата, взятая из его очаровательных «Крымскихочерков», изданных еще в 1913 году и ставших теперь раритетом [9.5].

Михаил Афанасьевич написал о бедном, голодном студенте, нашедшем приют и стол в коктебельской «гостинице» и за это написавшем «акафист» (торжественное церковное песнопение, исполняющееся стоя) заброшенному поселку и привел цитату из Елпатьевского, не ссылаясь на автора На самом деле речь шла не о «студенте», а об уже хорошо всем известном писателе-демократе (кстати неоднократно критиковавшемся в его трудах В. Лениным за буржуазный социал-демократизм), враче, лечившем Л. Толстого, А. Чехова, жившем в доме Волошина в 1910 году, т.к. его выселил из Ялты под угрозой смерти самодур-генерал И. Думбадзе, о чем мы узнали, найдя и прочитав в России неизвестные воспоминания дочери Сергея Яковлевича, но опубликованные в Нью-Йорке в 1964 г. [ 10.6] Тогда-то и был им, Елпатьевским, написан совершенно объективный очерк «Коктебель», факты из которого в своем путеводителе «Крым» использовал его составитель И. М. Саркизов-Серазини. Именно этот путеводитель, в который был включен и очерк об истории Крыма М. Волошина и держал в своих руках, делая в нем пометки, Михаил Афанасьевич, выбирая курорт для своей поездки в 1925 году.

Что же могло послужить причиной столь несправедливого отношения Михаила Афанасьевича к С. Елпатьевскому?

Полагаю, что в основе лежала поляризация общества в те годы, деление его на «красных» и «белых» (ведь гражданская война формально закончилась лишь несколько лет тому назад!) и приглашения в Москву из Ялты С. Елпатьевсного - будущего «Кремлевсюго лекаря» для лечения Улья нова-Ленина и (в 1919 году) выход его дочери замуж за барона Врангеля (правда не за Петра Николаевича), что было отмечено не только советской властью (до сих пор на сохранившемся в Ялте доме С. Елпатьевского нет памятной доски), но и недавним участником белого движения, монархистом по воспитанию, писателем.

Этим же можно объяснить, на мой взгляд, и довольно холодный прием в Коктебеле специально пришедшего из Феодосии пешком на свидание с Булгаковым известного писателя Александра Грина, еще недавно принадлежавшего к активистам «партии эсеров». Гриновское приглашение «на пирожки» принято не было, хотя через пару дней Булгаковы посетили а соседнем доме Феодосийскую галерею Айвазовского, где Михаилу Афанасьевину понравились... портреты. Какие? Это нам удалось установить после ознакомления с каталогом выставки тех лет. [1.7]

Из Феодосии пароходом «Игнатий Сергеев» Булгаковы плывут в Ялту, останавливаются в гостинице «Россия», посещают в качестве экскурсантов музей А. Чехова, Ливадию и на следующий день автомобилем едут в Севастополь.

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)