Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
Александр Грин: современный научный контекст
к содержанию

Дорошкевич В. А. (Киев)
Тайна творчества Александра Грина
начало::02::03::04::05::06::07::08::09::10::11::12::13::14::15::16::окончание

Миражи АссольДуалистические образы в литературе действительно стоят обособленно, ибо "к числу главных несовершенств мыслительного аппарата нашего принадлежит бессилие одолеть пределы внешности" (6,344). Дуалистический образ преодолевает эти пределы (об этом говорилось в первой части работы).

Чтобы оценить, к какому течению в литературе относится произведение, основанное на процессе создания дуалистического образа, воспользуемся известными оценками сходных произведений в мировой литературе.

С целью достижения чистоты сравнения вспомним, что по С. В. Соловьеву впервые "слово романтизм ...встречается в Англии в 1654 г.: путешественник Эвелин указывает на romantis seat (романтическое местоположение) у подошвы страшной горы.

Во Франции же это выражение упоминается впервые в 1737 г. в письме одного аббата" (Соловьев С. В. Очерки из истории новой французской и провансальской литературы. - СПб., 1914, - С. 1).

Однако Символ пещеры Платона, содержащий дуализм образов, был известен на уровне мировой литературы хорошо. Особенно глубоко, на наш взгляд, он был использован в творчестве Данте, а именно в его "Божественной комедии". В этом произведении Данте, в качестве главного героя, совершает путешествие со всеми событиями и приключениями, которые с ним происходят на его пути, по символической вселенной, составляющими которой есть Ад, Чистилище, Рай. Они в совокупности составляют то, что Данте назвал "святой страной" (Рай, 1, 10).

Возникает вопрос: можно ли путешествие Данте по святой стране назвать романтическим? Ведь оно обладает всеми признаками романтизма, как его определил О. Бальзак: оно сопровождается и величественным зрелищем природы, и возвышенными образами, и переносом их вглубь себя. Есть все основания отнести "Божественную комедию" к жанру романтическому. Казалось бы. Впрочем, обратимся к Данте. Свой взгляд на поэму он излагает обстоятельно в письме к Кан Гранде делла Скала.

В результате самоанализа (а никто не может лучше знать свое произведение, чем сам автор) Данте дает такую оценку: "Итак, сюжет сего произведения, если исходить единственно из буквального значения, - состояние души после смерти как таковое (подчеркнуто нами - авт.), ибо на основе его и вокруг него развивается действие всего произведения. Если же рассматривать про из ведение с точки зрения аллегорического числа - предметом его является человек, то, как - в зависимости от себя самого и своих поступков - он удостаиваетеся справедливой награды или подвергается заслуженной каре" (Данте Алигъери. Произведения. - М., 1968. - С. 387).

--

Как видно, с позиций буквального значения своей поэме (а значит и "святой стране") Данте приписывает реальное содержание. Думается, что правомерным будет приписывать такое же реальное содержание и стране А. Грина, не забывая, разумеется, и о ее аллегорическом смысле, поскольку аллегоризмом проникнуто все творчество писателя. Можно сказать, что А. Грин был виртуозом в придании аллегоричности своим произведениям.

Вот один из характерных примеров аллегоризма в известном рассказе "Слабость Даниэля Хортона" (1927). Истлей, герой рассказа, отвечая на просьбу самоубийцы Хортона объяснить о мотивах спасения ему жизни, говорит: "Это объяснить трудно. Я крикнул первое, что мне пришло в голову: "Она", (Истлей крикнул в момент попытки самоубийства: "Не надо! Она придет" - авт.). Позвольте подумать. "Она" - это может быть, прежде всего, конечно, та женщина, которой вы пленились так давно, что у вас успела вырасти борода. Быть может также, "она" — бутылка виски или сбежавшая лошадь. Если же вы лишились уверенности, то знайте, это и есть самая главная "она". Обычно с ней приходят все другие "они" (6, 443).

Похоже, что аллегоризм, присущий дуалистическим произведениям писателя, был принят за романтизм, что, конечно, неверно. Подтверждение этому мы находим у самого А. Грина, когда он вкладывает в уста художника Петтечера из незаконченного романа "Недотрога" такие слова: "настоящие фантастические произведения есть верх реальности, потому, что мы так свободно думаем об изображенном в нем" (Цит. по: Свербiлова Т. Г. Незавершенi твори О. С. Грiна 20-х // Радянське лiтературознавство. - 1980. — №8. — С 75).

Теперь можно определенно сказать, что отнесение миросозерцания А Грина к романтическому есть заблуждение. Причина заблуждения в том, что анализируют его произведения зачастую по внешним признакам, совокупность которых дает видимую картину романтизма, наподобие: "Грин сохранился в более поздний период как "чистый"романтик.... достигая значительного мастерства психологического анализа прежде всего средствами романтической типизации... на основе романтического типа мышления" (Логвин Г. П. Проблема романтического в творчестве Л. Н. Толстого и А. С. Грина (к постановке вопроса) // Толстовский сборник. Тула, 1973. — вып. 5. - С. 211-212).

Такую оценку осудил сам А. Грин. "Я не знаю, - пишет он в рассказе "Враги" (1917), - более уродливого явления, как оценка по "видимости". Почему? Потому, что "отношение наше к другим, в лучшем случае, является смешением впечатлений: впечатления, производимого действиями, словами и мыслями, и впечатления от качеств воображаемых, навязанных сознанию внешностью. Здесь всегда есть ошибка", корень которой - "механическое" суждение по "видимости". Обладай природа человека чудесной способностью понимать единственное истинно соответствующее его физическому лицу внутреннее лицо, - мы были бы свидетелями странных, чудовищных и прекрасных метаморфоз, - истинных откровений, способных поколебать мир" (6, 144-345).

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2018 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)