Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
Александр Грин: современный научный контекст
к содержанию

Дорошкевич В. А. (Киев)
Тайна творчества Александра Грина
начало::02::03::04::05::06::07::08::09::10::11::12::13::14::15::16::окончание

В калейдоскопе детских грёз АссольПосмотрим, какие особенности в поведении героя рассказа "Остров Рено" фиксирует писатель при овладении им новым миром. На наш взгляд, таким образом можно проследить процесс становления нового художественного мышления у А. Грина. Тарт, матрос клипера, попадает на необитаемый остров, являющийся составной частью страны А. Грина. "Не было имени этому миру, - пишет автор, и Тарт молча принимал его" (1,255) (4). Этот мир встретил Тарта "великолепными новинками", которым он радовался, "как ребенок". (Там же).

Одной из новинок нового мира была "дикая красота", которая прятала "таинственную для людей жизнь" (I, 256). Дикая красота нового мира захватила целиком Тарта, и он шел по острову, "как пьяный, захмелев от сырого, пряного воздуха и невиданной щедрости земли. Буковые леса его родины по сравнении с островом казались головой лысого перед черными женскими кудрями" (Там же). Ему казалось, "что нет уже ни океана, ни клипера и что не жил он никогда в мире людей, а всегда бродил тут, слушал музыку тишины, свое дыхание и голос отдаленных предчувствий, смутных, как детский сон" (1,257).

Отметим, что данным чувством Тарта А. Грин художественно описывает независимость идеального мира, красивого "случайною сказкою мысли" (1,258). Эту независимость надо принять как необходимое условие вхождения в мир, лишенный "вещества чувственности". Так принял его Тарт, что и фиксирует писатель: "Инстинктивно трепеща от вспыхнувшей любви к миру, Тарт протянул руку и мысленно коснулся ею скалистых вершин" (I, 259).

В этом мире бродит "радость, не омраченная человеком" (1. 260). Это значит, что в новом мире человек остается самим собой, наедине со своим воображением, как Тарт, воображение которого создавало образы невиданных, неизвестных существ, двигающихся через кустарник, принимавших "чудовищные, волнующие размеры или, наоборот," которые "бледнели и съеживались, когда умолкал треск" (I, 260).

Итак, независимость нечувственного мира мысли от чувственно воспринимаемого мира позволила человеку, вошедшему в нее, обрести воображение, с помощью которого он исследует новое, неизвестное в умопостигаемом мире. Постижение неизвестного сопровождается свободой действий. "Свобода, страшная в своей безграничности, - пишет А. Грин в этой связи с чувством свободы у Тарта, - дышала ему в лицо теплым муссоном... Это был отчаянный экстаз игрока, бросившего на карту все и получившего больше ставки.

Выигравший не думает о том, на что он употребит деньги, он далек от всяких расчетов... Может быть, не дальше, как завтра, судьба отнимет все, выигранное сегодня, но ведь этого еще нет? Да здравствует прекрасная неизвестность!" (1,269). Обладая такой свободой, человек с неизбежностью становится одиноким. Так случилось с Тартом, "с непоколебимой решимостью" принявшим решение отдаться этой увлекательной свободе действий.

--

Отвечая на требование преследующего его матроса Блемера вернуться на клипер, Тарт сказал: "Блемер, возвращайся один. Я не иду... Так пойди и скажи: люди перестали существовать для Тарта. Он искренне извиняется перед ними, но решился пожить один". (I, 264).

Что же приобретает человек в своем одиночестве духа? Писатель отвечает: радость творчества (именно эта радость не омрачена человеком), описывая состояние Тарта, захваченного дикой красотой неизвестного острова: "Без желаний, без дум, растроганный воспоминаниями о том, что было в его жизни так же прекрасно и неожиданно, как маленький рай дикого острова, стоял он на краю луга, восхищенный внезапной потерей памяти о тяжести жизни и ее трудах, о тяжелых периодах существования, когда душа изнашивает прежнюю оболочку и спит, подобно гусенице, прежде чем сверкнуть взмахом крыльев" (I, 260).

Независимость воображаемого (идеального) и реального (чувственного) миров, изображенная с такой художественной силой в сцене гибели Тарта, разрешает затруднение критика, написавшего о сцене гибели Тарта: "поступок Тарта лишен, вообще, всякой разумной цели" (Кобзев Н. А. Ранняя проза А. С. Грина. - Симферополь, - 1995, - Ч. I. - С. 38).

Так, думается, А. Грин описал состояние своей души, когда открыл в себе свою страну с ее островами, морями, городами и людьми. Как его душа износила прежнюю оболочку прожитой им тяжелой жизни босячества, службы в армии, подпольной деятельности, тюрем и ссылки и начала сверкать крыльями новых произведений, рассказано А, Грином в повести "Таинственный лес" (1913) (5).

Образ леса А. Грин использовал не случайно для изображения преобразования души художника, поскольку его страна без имени наделена была символическим звучанием. Лес символизировал нечто в произведении. Но что? Пробуждение лесом души человека, как это произошло с душой полировщика (1.32.2)? Музыку тишины, так необходимую для воображения? "Чувство новизны и редкости своего положения", которое испытал в лесу Рылеев, герой понести "Таинственный лес" (Нива. - 1913. - № 21. - С. 403). Наверное, и то, и другое, и многое еще и еще, что не выразимо словами. Не исключено, что к ключ к правильному пониманию образа леса в рождении писателя А. Грина следует искать в образе древнего леса, через который Данте следовал в Чистилище, "в великой жажде обойти дозором / Господень лес...", ожидая встретить...

"...те явленья,
Когда нежданно в нас устранена
Любая дума силой удивленья.."

и где

"Земля богата всяческою силой
И есть плоды, которых там не рвут".

(Данте Божественная комедия // Данте А. Новая жизнь. Божественная комедия. - М. 1966.- С. 347, 349).

-уход за лицом после 30-

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2018 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)