Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
Александр Грин: современный научный контекст
к содержанию

Е. А. Козлова (Псков)
Проблема символообразования в прозе А. С. Грина (образ "острова")
начало::02::03::окончание

Творчество А. С. Грина как органичное явление литературного процесса начала 20-го века отмечено многими художественно-стилистическими чертами, свойственными поэхии и прозе этой эпохи. В частности, большое влияние на него оказали процессы символизации, захватившие литератуту порубежья. Переход писателя от реалистического мировосприятия к романтическому и модернистскому способствовал тому, что символ стал основополагающим элементов гриновской художественной системы и реализовался на всех уровнях текстового целого - в сюжете, образном строе, в языке художественных произведений и, в частности, на пространственном уровне.

Весенние мечты АссольПроблема гриновского символического хронотопа рассматривается исследователями с разных позиций - с точки зрения соотношения в его структуре субъективного и объективного, реального и вымышленного начал (В. Е. Ковский [1]), как сформировавшийся символико-мифологический образ (И. К. Дунаевская, Т. Е. Загвоздкина, И. Шевцова) [2].

Вопрос о становлении гриновского символического хронотопа не становился особым предметом изучения. В своей работе мы затронем отдельные аспекты этой проблемы, существенной для понимания общей динамики развития гриновских образов и мифов. Нашей целью является анализ становления формы и содержания символических пространственных образов в творчестве А. Грина на примере символа острова, значимого для творчества писателя и мировой литературы в целом.

Начало формирования гриновских необыкновенных стран связано с образным переосмыслением и, зачастую, символизацией пространственных образов, характеризующих внутренний мир персонажа, параллельный внешнему пространству. Не является исключением и символический образ острова. На протяжении творчества Грина он приобретает символические значения, которые расширяются, изменяются в зависимости от развития авторской концепции личности.

В рассказе "Остров Рено", который по мнению исследователей, является первым произведением истинного Грина, центральный образ острова посредством метафоризации соотносится с душой и раем. Неслучайно именно здесь главный герой произведения, матрос Тарт, выходит из "тёмного периода существования, когда душа изнашивает прежнюю оболочку и спит, подобно гусенице, прежде чем сверкнуть взмахом крыльев» (1, 260) [3]. Смысл перерождения героя подчёркиваегся и в эпиграфе рассказа: «Внимай только тому голосу, который говорит без звука» (1, 250), т. е. внутреннему голосу души.

--

В условиях одиночества на острове обостряется самосознание Тарта: «Казалось, его спрашивали: кто ты?» (1, 261). Оживание внутреннего мира героя воспринимается как его второе рождение, вследствие чего развивается семантика детского, природного, первобытного, дикого. Подобно ребёнку, Тарт угверждает свою независимость, ощущает волю к жизни. Он сознательно выламывается из социальных и национальных границ, отстаивает свою непохожесть на других: «Тарт остался на острове. Он не хочет более ни служить, ни унижаться, ни быть там, где ему не по сердцу» (1, 264).

Основные мотивы, организующие восприятие острова Рено, заимствованы из философской поэтики Ницше. Совпадения обнаруживаются в исходной позиции авторов: остров для них является метафорическим обознгнением человеческого существования (ср. остров жизни у Ницше).

В рассказе «Остров Рено» косвенно реализуется ницшевский образ «огненного осфова Заратустры» [4], который ассоциируется у Сверхчеловека со схождением в ад и одиноким молчанием. Как и герой философского трактата, Тарт замыкается на себе и в себе. Окружающие люди считают, что он общается с Дьяволом [5]. В описании Тарта возникает и ряд других мотивов, восходящих к трактату Ницше: мотивы детства, опьянения, танца, второго рождения.

Ницшеанское понимание героя и символического хронотопа острова организует и структуру текста рассказа «Смерть Ромелинка» (1910), включённого в цикл «Пролив бурь». Здесь наиболее выраженным оказывается понимание острова как блаженной земли смерти и искупления [6]. Главный герой, страдающий от скуки, попадает на коралловый остров в результате кораблекрушения. При характеристике его ощущений Грин использует те же мотивы, что и в «Острове Рено»: Ромелинк чу вствует себя заново рождённым, остров ассоциируется у него с раем [7].

Обретение смысла жизни так же сопровождается разрушением социальных и психологических установок: «Он не был ни Гомел инком, ни меланхоликом, ни бывшим табачным фабрикантом, а новым, чудесным для самого себя человеком» (1, 385). В то же время по сравнению с рассказом 1909 г., в это произведение входит новый мотив, связанный с образом острова и концепцией главного героя. Ощущение гармоничности существования приходит к Ромелинку тогда, когда он обнаруживает рядом с собой молодую женщину: «тогда он увидел, что женщина эта поразительно хороша, и странное, быстрое, как полёт, чувство бесконечной любви обожгло его душу» (1,385). В отличие от Тарта, Ромелинк находит смысл жизни не в одиночестве воли, а в единении с другим существом. Но чудесное превращение приходит к главному герою слишком поздно.

-profbrusmaster.ru Все больше людей сейчас предпочитают жить в деревянных домах и экологических материалов. Если вы заинтересованы в постройке своего дома - рекомендуем Строительную компанию "Бревенчатые дома" ekodomural.ru - наши проверенные временем партнеры.-

Любовь становится средством духовного возрождения в цикле «Пролив бурь». Об этом, в частности, свидетельствует рассказ, завершающий цикл, - «Жизнь Гнора». Герой попадает на остров в результате обмана своего соперника в любви к прекрасной Кармен. Гнор соглашается посмотреть на добровольного отшельника, который живёт на острове, не зная, что эта участь приготовлена ему самому. Символ острова складывается в основном из разговоров двух героев, причём в репликах Энниока, задумавшего жестокий план, становятся важными подтекстовые смыслы беседы. Он пытается внушить Гнору мысль о невозможности возвращения островитянина к обычной жизни: по его словам, отшельник Аша - "это бунтующий мертвец" (1, 463). Гнор сравнивает ощущения отшельника с теми, которые он испытал в обсерватории: "мысль, что мне будут видны в чёрном колодце бездны светлые глыбы миров, что телескоп отдаст меня жуткой бесконечности мирового эфира, - страшно взволновала меня" (1, 463).

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2018 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)