Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
Александр Грин: современный научный контекст
к содержанию

Т. Е Загвоздкина (Киров)
Идеи космизма в романе А. С. Грина «Блистающий мир»
начало::продолжение::окончание

В других вариантах романа уже появляется образ летающего человека, описывается первый полет юного героя (под именем Мас-Туэль): мальчик «выгреб за рейд, в полное тонкой красоты вечернее море... Желание рассмотреть вблизи небесный залив возникло у него совершенно естественно... Такое, чисто зрительное желание Мас-Туэля сопровождалось неожиданным результатом - он поднялся на воздух, потеряв вес, и в смертельном испуге, увидев внизу покинутую лодку, не понимая, что произошло, закричал так отчаянно, что летевшая невдалеке чайка взмыла, сломав линию полега, высоко нверх...» [9].

Алые паруса на крутых волнах

В архивных материалах мы встречаем несколько планов романа. Один из них, более ранний, представляет интерес своей архетипической основой:

«Воздушные дворцы
«Пир» на воздухе
Икар
Ведьмы
Не раз изобрет. останавливался, но Икар снова толкал его.
Министр: полный застой
Аэроплан не освобождает
Воздух: места без притяжения, очаги электричества, кислородные пласты, разряженности, Эффекты неба» [10].

--

Греческий миф об Икаре, присутствующий здесь, станет художественным зерном при создании образа летающего человека. Икар, мечтающий «до сфер небесных досягнуть», «взнесшийся к орбите Солнца» (В. Брюсов) и упавший в морскую пучину, воплощает неутомимое стремление человеческого духа во все времена и эпохи познать непознанное, постичь, даже ценой жизни, тайны мироздания. В образе летающего человека у писателя соединяются в единое целое первозданные представления архаического мироощущения и современное понимание человека как части космоса. Космогоничность мышления Грина, опираясь на мифопоэтическую традицию, позволяет смоделировать новый тип героя.

В новом тексте романа главный герой Друд (его символические имена Двойная Звезда, Человек-Гора) появляется сложившимся зрелым человеюм. Читателю ничего не сообщается о предыдущей жизни героя. Он загадочен и таинственен, с ним в обычную жизнь вторгается «нечто, истинно небывалое» (3, 77). Образ Друда восходит к нескольким архетипам: Богочеловека, парящего над землей; Человека-Горы (Гулливера среди лилипутов); Фауста, воплощающего гордый дух познанья; пророка Заратустры, наделенного «улыбкой и грустью», «безотчетной грустью горца, взирающего с вершины на обширные туманы низин» (3, 80); Цезаря с его царственным величием; романтических героев Дюма Монте-Кристо и Монгомери; великого изобретателя Эдисона; гениального Моцарта как символа свободного творческого вдохновения. Все эти реминисценции и аллюзии служат обогащению символического ряда образа.

Центральная коллизия романа, на наш взгляд, не только и не столько столкновение чуда и человеческой цивилизации. Это появление в «тварном мире» человека новой породы, несущего черты «мира иного».

Герой говорит о себе: «Мы, одинокие среди множества нам подобных, живем по другим законам. Час, год, пять или десять лет - не все ли равно?.. Я тебя зову, девушка, сердце родное мне, идти со мной в мир недоступный, может быть, всем. Там тихо и ослепительно. Но тяжело одному сердцу отражать блеск этот; он делается как блеск льда « (3, 201).

В образе Друда Грин воплощает свое представление о новой, преображенной природе человека, о ее стремлении к Абсолюту, о мировой сущности человеческой души. Именно с Друдом связана идея творческой эволюции человечества, его связи с Космосом, выхода человека в звездный мир: «Он вмешивается в законы природы., и сам он - прямое отрицание их.

В этой натуре заложены гигантские силы... Он - сверкающий вызов всем, кто, встречая его в толпе, далек от иных мыслей, кроме той, что видит обыкновенного человека. Но его влияние огромно, его связи бесчисленны... Он бродит по мастерским молодых пьяниц, внушая им или обольщая их пейзажами неведомых нам планет, насвистывает поэтам оратории и симфонии, тогда как жизнь вопит о неудобоваримейшей простоте; поддакивает изобретателям, тревожит сны и вмешивается в судьбу. Неподвижную, раз навсегда данную как отчетливая картина, жизнь, волнует он, и меняет, и в блестящую даль, смеясь, движет ее...» (3,209).

Мифопоэтической моделью мироздания, ориентированной на Космос, является образ «блистающего мира», к которому принадлежит герой. Этот образ наполняется метафизическим содержанием, становясь лейтмотивом романа и образуя своеобразную парадигму: название — «Блистающий мир»; эпиграф из Свифта «Это - там», отсылающий нас в неземное пространство: образ «страны Цветущих Лучей», куда «человечество пошло бы все разом, отряхивая прошлое с ног своих без единого вздоха» (3, 108); присутствие небесных символических пейзажей: «облачные снега великолепной плывущей страны, где хоры и разливы движений кружатся над землей» (3,130); «облачная страна, восходящая над зеленоватым утренним небом» (3,129); «призрашая дорога эфирнее самого воздуха, вьющаяся голубым путем» (3,130); «облачные сады Гесперид» и «воздушные стремнины» (3,172); «пейзажи неведомых нам планет» (3,209) - все это слагаемые образа-архетипа «мира иного», категории, вписывающейся в оппозицию: высшее/низшее; духовное/материальное; бытие/быт.

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2018 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)