Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
Александр Грин: жизнь, личность, творчество
к содержанию

Вадим Казютинский (Киров)
Воспоминания о Гринландии и Н. Н. Грин
начало::продолжение::окончание

Алый парус в мореПрихожу к Борисову, рассказываю о себе. Он говорит: «А вы знаете, что Н. Н. сейчас в Москве?» Я ахнул. Ведь возвращаться в Киев на защиту диплома собирался именно через Москву. Неужели вскоре смогу хотя бы попытаться увидеть Н. Н.?

Но судьба так и распорядилась. Борисов дает мне адрес и письмо. Приезжаю в Москву, звоню в квартиру Н. Ф. Кузнецовой, у которой почти всегда останавливалась Н. Н. Она взглянула на меня с любопытством. Ее лицо приняло изумленное выражение, когда было сказано, что я от Л. Борисова. Тем не менее, пригласила: «Входите». Мы проговорили несколько часов и расстались по-дружески.

Видимо, Н. Н. поняла, что между мной и Л.Борисовым ничего общего ровным счетом нет. Завязалась переписка. Н. Н. писала мне и в Киев, где, закончив университет, я оставался некоторое время на кафедре астрономии, и в Москву, после моего поступления в аспирантуру Института философии.

Из Киева еду в гости к Н. Н. Тогда еще не было той современной автострады, которая идет сейчас из Симферополя мимо Старого Крыма, не было и всем знакомых скоростных автобусов. Наш маленький, обшарпанный, весь какой-то несчастный мини-автобус тащился по так называемой старой дороге с ее перепадами, пока я не оказался на месте (бедная Н. Н.! Как она постоянно ездила туда и сюда по этой дороге?) Спрашиваю прохожих: «Где находится улица К. Либкнехта?» - «А кто вам нужен?» - хмурятся местные жители. «Я к Н. Н. Грин», - говорю со всей моей тогда распахнутой душой (какое счастье, что от этого недостатка уже десятки лет назад не осталось и следа). «А вы знаете, что она была пособницей фашистов?» Отвечаю: «Мне важно одно: она была женой самого любимого моего писателя» (о реабилитации Н. Н. в те годы и подумать нельзя было). Останавливаюсь в крошечной гостинице.

Дом Белолипецких - напротив домика Грина, превращенного в курятник секретарем райкома партии Ивановым. Захожу, радостно обнимаемся. Длинный разговор о Грине в домике, почти непроходимых колдобинах, искусственно создаваемых на пути создания музея Грина и проблемах самой Н. Н. Потом иду в дом Иванова. Открывает упитанная женщина в ночной сорочке (!) - жена Иванова. Ведет себя грозно, но и я не трус. «Почему в доме, где умер выдающийся писатель, находятся куры?» Стандартный ответ: «А вы знаете, что...» и так далее. «Но какое отношение это имеет к Александру Степановичу Грину?» Колея подобных дебатов была в те годы глубоко наезженной. Разворачиваюсь, иду в домик. Он полуразвалился. Вместо пола - песок, куры разлетаются при моем появлении...

Мы с Н. Н. часто переписывались и встречались. На протяжении многих лет я был в курсе героической борьбы за музей Грина, и сам посильно в пей участвовал, выполняя отдельные поручения Н. Н. в Киеве и в Москве. Например, бывал по ее просьбе у киевского писателя Н.Дубова, который много сделал, чтобы восстановление домика Грина стало возможным. Несколько раз заходил в уже восстановленный домик, печально глядя на то, как она далек от подлинного, который я тоже видел. Но, конечно, нельзя, чтобы в музее не было деревянных полов. Но ведь, мечта Н. Н. и нас всех сбылась! Н. Н. почти всегда звонила мне, приезжая в Москву, я мчался в квартиру Н. Ф. Кузнецовой. Разговоры были всякие, и об огорчениях, и о радостях, иногда и совсем развеселые. Н.Н. познакомила меня со своими подругами по ГУЛАГу, ходил в гости и к ним.

--

Запомнилась Беатриса Эдуардовна Натансон, учительница. Я получил от Н. Н. за 1956-1961 гг. 22 письма и открытки, множество фотографий Грина, тогда еще не опубликованных, несколько записок. В разговорах и письмах доминировали три темы: творчество А. С. Грина; события, связанные со смысложизненным для Н. Н. созданием музея Грина, мои дела (Н. Н. была очень внимательна, расспрашивала о них, - мы встретились в переломное время моей жизни: окончание университета, аспирантура, подготовка к защите кандидатской диссертации).

Н. Н. была очень довольна, что А. С. Грин стал для меня не просто любимым писателем, а как бы путеводной звездой. Не всегда, впрочем, она соглашалась с моими рассуждениями, мягко, ненавязчиво их поправляя. Я, например, не считал Грина массовым писателем. Тонкие движения человеческих душ, отображенные в его романах и многих рассказах, думал я, могут быть восприняты лишь людьми типа героев «Недотроги». Нельзя, прочитав Грина, выпить пива и пойти на футбол или хоккей.

Грин - для тех, кто ревниво оберегает свой внутренний мир от развязности и пошлости, нас окружающих. Таких людей может быть много, но не слишком много. В подаренном мне Н. Н. машинописном тексте «Сочинительство всегда было внешней моей профессией...» с радостью прочел, что настоящей внутренней жизнью для автора «являлся мир постоянно раскрываемой тайны воображения. В его странах шествовало и звучало все, отброшенное земными условиями. Эти условия часто ставили западню - ловушку, пытаясь обмануть бледной схожестью своих порождений с тем, что пылает среди облачного пейзажа над дрянью и мусором невысоких построек, но вовремя я отходил, и капкан щелкал впустую».

Если вам необходимо найти предприятия в области застройки, частного ремонта и капитального строительства советуем список сайтов строительных компаний и организации России и СНГ, в который на бесплатной основе можно бесплатно разместить свою фирму с перечнем выполняемых услуг по строительству домов, дач и бань или ремонту квартир, офисных помещений во всех городах РФ и стран входящих в таможенный союз.

Мне было близко, что в стране Гринландии - только один закон: «любовь к сплавленному с душой». Этот закон позволяет четко определить «истинный тон и важность событий, свободных теперь от всего, что было не нашей жизнью или в чем были мы не сами собой». Навсегда запомнились и слова Грина (т.е. Гарвея из «Бегущей») о «двойной игре, которую мы ведем с явлениями обихода и чувств. С одной стороны, они, естественно, терпимы, в силу необходимости, терпимы условно... Но с ними нет соглашения, так как мы видим и чувствуем их возможное преображение». И, наконец, слова Гарвея об «уродливых отражениях жизненного закона и его тяжбы с духом моим». Все это было и остается созвучным моему отношению к жизни - сначала интуитивному, потом продуманному и единственно возможному.

Н. Н., понимая лучше нас всех эти слова, несказанно радовалась, тем не менее, что на какое-то время (очерченное социальными сдвигами), Грин затмил по своей популярности многих писателей-классиков. Она хотела, чтобы все жили Грином - и пионеры, и те, кто перенес трагедии недавнего прошлого. Я бы тоже этого хотел, но - не получилось. Пионеры выросли, стали относиться к жизни более трезво, многие из них полюбили вместо романтики детективы и фильмы ужасов, стали прагматиками. Потребительское общество оттеснило романтику, сделало ее маргинальной. Миллиардеры так и не подарили писцам по вилле (думаю, что никогда и не подарят).

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)