Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
Александр Грин: жизнь, личность, творчество
к содержанию

Александра Старинович (Киров)
«Я так долго был болен тюрмой...» (по мотивам произведений А. Грина «Автобиографическая повесть», «Дорога никуда» и роману Э.Войнич «Овод»)
начало::02::03::04::окончание

Когда автор описывает Давенанта и его жизнь в тюрьме, он использует больше определений, чтобы показать его эмоциональное состояние, психологическое давление тюрьмы. Грин показывает, как трудно в тюрьме, какой нужно быть сильной личностью, чтобы там выжить: «Никогда Давенант не думал, что его судьба обезобразится одним из самых тяжких мучений, - лишением свободы. Он старался, как мог, твердо переносить тройное несчастье: заключение, болезнь и угрозу сурового наказания, совершенно неизбежного, если не произойдет какого-нибудь внезапного спасительного события. Даже его мысль не могла быть свободна, так как, о чем ни думал он, стены камеры и порядок дня были неразлучно при нем, от них он не мог уйти, не мог забыть о них». Определения идут, лишенные эмоциональной окраски, наводящие тоску и печаль: «жестокие боли», «мучительные перевязки». Если сравнить эти определения с теми, какие автор использует, когда Давенант получает записки от друзей, то они значительно отличаются. Во втором случае писатель употребляет более красочные определения: «стук сердца, заливаемого надеждой». Из этого можно сделать вывод, что автор хотел показать, сколько положительных эмоций у заключенного вызывает лишь тень надежды. И все это опять-таки указывает на то, что жить в тюрьме невыносимо, это огромная нагрузка на психику, которую способен выдержать не каждый.

Детский взгляд на алые паруса Грина

Также Грин использует обособленные приложения: «сон, единственная отрада пленника», эпитеты: «чудесное бегство», «прекрасные острова». Употребляет простые или сложносочиненные предложения, словосочетания идут типа существительное + прилагательное или причастие: «чудесные свойства», «погребенная жизнь». Когда сидишь в тюрьме, она настолько входит в тебя, что даже самые добрые и нежные чувства искажаются. Так и автор показывает нам сон Давенанта, где самые дорогие воспоминания находятся в неволе:

«Однажды снилось ему, что голос его обладает чудесными свойствами, - звук голоса заставляет повиноваться. Давенант постучал в дверь. «Отоприте», - сказал он надзирателю, и тот послушно открыл дверь. Давенант вышел из лазарета и подошел к воротам, зная, что никто не осмелится сопротивляться голосу, звучавшему, как тайное желание самого повинующегося этим его приказаниям. Ворота открылись, и он вышел на солнечную улицу. Это была та улица, где жил Футроз. Вскоре Давенант увидел знакомый дом, и сердце его забилось. Его отец, посмеиваясь, открыл ему дверь, говоря:

«Что, Тирри, пришел все-таки. Давенант побежал к гостиной. Она была довольно освещена. Роэна и Элли сидели там, нисколько не старше, чем девять лет назад; о чем-то советуясь между собой, они рассеянно кивнули ему. Что-то тяжелое, серое было привязано к спине каждой девочки. «Это я, - сказал им Давенант: - будем стрелять в цель». - «Теперь нельзя,» - сказала Рой, и Эли тоже сказала : - «Нельзя, мы должны носить камни, и, пока правильно не уложим их, не будет у нас никакой игры». - «Бросьте камни, - сказал Тиррей. - Я - голос, и ВБ! должны слушаться. Бросьте!» - крикнул он так громко, что проснулся, и, ломая, калеча видение, проникла в него тюрьма».

--

Психологическое давление на героя также оказывает камера, стены которой угнетают. Они словно впитывают в себя всю радость и любовь, оставляя взамен тоску, разочарование и боль. И лишь в самом маленьком уголке души таится тот последний луч счастья, луч надежды.

Затем писатель показывает диалог двух людей (Стомадора и Ботреджа), сводит их с Давенантом и они устраивают побег. Описание побега более интересно читателю, поэтому автор представляет его образно и красочно. Показывая нам, как ведется подкоп, Грин использует больше глаголов, чтобы показать действие (на одно предложение - по два глагола): «Умывшись, переодевшись, они несколько посвежели; тотчас отправясь играть в один из притонов, оба, разумеется, спустили все деньги и там же улеглись спать». Употребляет деепричастные обороты (на одно предложение по два-три оборота) для уточнения действия: «Работать им приходилось главным образом острым ломом, сидя на земле, по причине малой высоты этой траншеи, или стоя на коленях», реже одиночные: «умывшись», «переодевшись». В описании внешнего и эмоционального состояния героев автор использует больше определений: «в одних штанах», «склизкие от пота», «полуголые». Также автор употребляет наречия, чтобы точнее передать действия героев. В основном, это наречия образа действия: «легко», «дико», «тщательно», «часто». Иногда наречия места: «наверх», «внизу». Употребляет словосочетания глагол + наречие: «подняли наверх», «смотрели уверенно».

Когда подкоп уже готов, начинается кульминационный момент, а именно - побег. Как известно, при побеге нельзя медлить, поэтому Грин показывает быстроту действия при помощи глаголов (на одно предложение по два-три глагола): «Торопливо подставив лесенку, Ботредж руками обвалил неровность краев, расширил отверстие и хлопнул себя по бокам». Когда «заговорщики» встречаются с Давенантом, основным средством выразительности становится диалог. В нем писатель использует много вопросительных: - «О чем вы говорите?», «Понимаешь ли ты?» - и восклицательных предложений: «Как длинна эта ночь!», «Молчи!».

Тем самым он показывает своеобразную борьбу с реальностью, ведь герои ничем не могут помочь Давенанту, т.к. он находится в бреду и умирает. Затем автор вводит образ «чуда» (как говорит Стомадор: «... создай существо из лучей и улыбок, из милосердия и заботы...»), давая понять, что не все потеряно. Прерывает тюремную сцену описанием жизни одной девушки, о которой ранее говорилось в произведении, - Консуэлло, что значит «утешение». Она является женой Ван-Конета (того, кто посадил Тиррея в тюрьму). Так Грин делает своеобразный переворот событий. Образ девушки, который вначале был лишь второстепенным, становится чуть ли не самым главным. И вот Стомадор находит чудо в образе Консуэллы.

Здесь Грин использует глаголы, чтобы показать стремительность, и побудительные предложения, чтобы показать взволнованность героя. С виду автор показывает ранимое, беспомощное существо, которое в душе способно на подвиги. Как пишет Грин о Консуэлло: «рыцарь-девочка». В диалоге между Давенантом и Консуэлло автор использует повествовательные предложения, но не лишенные эмоциональной окраски, тем самым он показывает тишину, воцарившую в камере в ожидании надежды. Так Консуэлло совершает подвиг, она бросает вызов своему мужу и спасает Давенанта. Но даже на свободе тюрьма дает о себе знать, и наш герой умирает, не успев почувствовать свободы.

Автомобиль ГАЗ-66, модификации. Предназначен для перевозки грузов по различным видам дорог, в том числе по бездорожью, песчаной и заснеженной местности. Грузоподъемность 2 тонны.

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)