Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Современная литературная критика: статьи, очерки, исследования
Александр Грин: жизнь, личность, творчество
к содержанию

Сергей Калмыков (Одесса)
Как и кто критиковал Грина
начало::окончание

В досоветский период и в 20-е годы прошлого века критики высокого ранга творчеством Грина не занимались. После кончины писателя вышел ряд работ, достаточно интересных, чтобы на них остановиться. Общим в них являются усилия как-то объяснить наличие такого литературного феномена как Грин и найти ему место в российской словесности. Обратимся к этим авторам, придерживаясь очередности их статей.

Удивление Ассоль

--

Зелинский Корнелий Люцианович (1896-1970). Окончил философское отделение историко-филологического факультета МГУ. Как литературный критик выступил с 1923 г. Один из организаторов группы конструктивистов. Он же через несколько лет попрощался с этим течением статьей «Конец конструктивизма». Автор многочисленных глубоких работ о советской и зарубежной литературе. К Грину обратился в 1934 году, назвав его в предисловии к сб. «Фантастические новеллы» писателем тонким, по-своему замечательным, отмеченным мастерами по профессии. «Плодотворная задумчивость будет именно тем настроением, которое создают у нас рассказы Грина». Критик дал иссьма высокую, хотя и своеобразную оценку языка писателя. «Нигде романтический уход от действительности не отпечатлелся у Грина с такой интимной глубиной, как в его синтаксисе. Я готов сравнить со сладострастием чувство, с каким Грин производит словесно-грамматическую обработку своих тем. Он наслаждается синтаксической игрой, сгибая фразы, как лук, и чувствуя их внутреннее напряжение». Но Грин назван в статье также и автором, не сумевшим ничем по-настоящему согреть читателя, несмотря на свое «паутинное» мастерство.

Вольпе Цезарь Самойлович (1904-1941). Прошел хорошую академическую школу (Вяч. Иванов, Б. Асафьев, А. Пиотровский). Печатался с 1927 г. В 1930 г. возглавил новый ж-л «Литературная учеба». В 1930-1933 годах заведовал критическим отделом ж-ла «Звезда». Исследователь русской поэзии первой половины XIX века (В. Жуковский, И. Козлов и др.), поэзии и прозы XX века (А. Белый, В. Брюсов, Б. Житков, М. Зощенко, Б. Лившиц). Участвовал в создании антологии «Русские поэты ХVIII-ХIХ веков». Погиб при переправе через Ладожское озеро.

Написал предисловие к «Рассказам» 1935 года: «Об авантюрно-психологических новеллах А. Грина». Эта работа при общей благожелательности достаточно жесткая и антиромантическая. «Грин создал некий литературный экстракт из различных типов английской литературной новеллы, с крепко сколоченным и увлекательным сюжетом и с экзотическими героями. Он рассказывает о придуманных им городах с такой экспрессией и точностью, описывает их столь подробно и тепло, что читатель начинает думать, что Грин их действительно видел».

Герои же Грина, по оценке критика, по большей части «пасынки капиталистической цивилизации... бунтари-одиночки-индивидуалисты, романтики, дошедшие до ярости нигилизма... это люди определенной психологической культуры... положительный герой Грина - мечтатель, который жаждет полноты и правды подлинных, высоких человеческих чувств и который часто находит их в самопожертвовании». Мысль, что Грин, якобы, произрастает из западной авантюрной литературы, Ц. Вольпе подкрепляет заявлением, что «в России не у кого было учиться сюжетной литературе, кроме, может быть, Достоевского... который мастерству авантюрного сюжета тоже учился не в России, а на Западе».

В отличие от предисловия, отдельное издание работ Вольпе «Искусство непохожести» дополнено небольшим списком рецензий на книги Грина: Динамов С. «Книгоноша», 1925, № 35; Лелевич Г. «Печать и революция», 1925, III; Фрид Я. «Новый мир», 1926, I; Черновский А. «Книга и революция», 1923, I; Шагинян М. «Красная новь», 1934, № 5.

Платонов (Климентов) Андрей Платонович (1899-1951). Честный советский писатель с заслуженной, но как это в СССР бывало, посмертной славой, чьи произведения объявлялись и «вредными» и «клеветническими». В его рецензии на сборник гриновских рассказов 1937 года не ясно, чего больше: махрового соцреализма или полного непонимания духа возвышенной романтики.

«Грину необходимо, чтобы его люди жили в «специальной» стране, омываемой вечным океаном, освещенной полуденным солнцем, потому что автор должен освободить своих оригинальных героев от скверны конкретности окружающего мира. Грин оставляет для своего мира лишь главные элементы реальной вселенной: солнце, океан, юг, прямолинейно действующее человеческое сердце». По Платонову, счастье возможно лишь в коллективе, а Грэй и Ассоль покинули на берегу народ, который мог бы их счастье поддержать. «Любовное счастье пары людей невозможно или оно приобретает пошлую животную форму, если люди не соединены с большой действительностью, с общим движением народа к его высшей судьбе... Автору приходится пользоваться языком большой поэтической энергии, чтобы отстоять и защитить свой искусственный замысел... У Грина речь идет о похищении человеческого счастья, а не о практическом, реальном добывании его в труде, нужде или борьбе». Итоги рассуждений рецензента все же утешительны - «удовольствие, которое приобретает читатель от чтения Грина, заключено в поэтическом языке автора, в светлой энергии его стиля, в воодушевленной фантазии».

Слонимский Михаил Леонидович (1897-1972). Советский крупный писатель старшего поколения. Учился на историко-филологическом ф-те Петроградского университета. Автор нескольких десятков книг, в т.ч. мемуаров. Входил в группу «Серапионовы братья». О себе говорил: «я не критик, я писатель», однако в предисловии к «Золотой цепи» 1939 г. дал справедливую оценку творчеству Грина. Видел границу между до- и послереволюционным Грином. Находил в его сочинениях связь с русскими литераторами-реалистами. «Грин тщательно работал над языком... ища наиболее выразительные слова для выпуклого, рельефного изображения своих фантастических героев». Назвал «Автобиографическую повесть» книгой о реальной юности писателя, а «Золотую цепь» - о воображаемой. Сравнил «Человека-невидимку» и «Блистающий мир», где уэллсовский герой мечтает о власти над миром, а гриновский ее решительно отвергает.

на верх страницы - к началу раздела - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)