Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Литературная критика - Репрезентация творчества Александра Грина в СССР
к содержанию

7.3. Алые паруса и реакция в советской прессе (начало::продолжение::окончание)

Как уже было сказано выше, фильм сразу стал очень популярным среди советских зрителей. Алые паруса оказались среди лидеров проката: в 1961 году его посмотрели 22.6 миллионов советских зрителей. Впоследствии картина неоднократно демонстрировалась не только в кино, но и по центральным каналам телевидения. Пропорционально популярности фильма у зрителей, Алые паруса стали центром многих критических статей – как в массовой прессе, так и в специальных киноведческих изданиях. Вопрос художественной неадекватности стиля Птушко и стиля Грина взволновал многих кинокритиков.

О том, что кинематографисты произвели художественный «подлог» Грина, одной из первых заявила Нина Николаевна Грин, посмотревшая картину вскоре после ее выхода на экраны. В своем письме 2 сентября 1961 года она высказалась о фильме так: «Какая гадость сделана Птушко из «Алых парусов»! Позавчера видела их в Алуште. Скорблю. И радуюсь, что печать отмечает бездарность постановки» [428].

Иллюстрации детей к роману А. С. Грина Алые паруса

- Dental Clinic: стоматолог Донецк - контроль качества, 10-летняя гарантия на услуги -

Мнение Нины Грин заочно поддержали многие выдающиеся деятели кино и кинокритики. В период начала 60-х годов более или менее открытая полемика в прессе стала вполне возможной. На стыке двух исторических эпох советская кинопродукция выглядела весьма противоречиво. Уровень новых картин в 1961 году был очень неоднородным, варьируясь от инертных подражаний сталинскому стилю до таких новаторских работ, как Чистое небо (1961), Застава Ильича (1961), Девять дней одного года (1961).

Как отмечает Жозефина Уолл, As always, cinema reflected – however obliquely – the moods of the period, and the movies of 1960 and 1961 teem with contradictions. Truthful moments and ambiguous images co-exist with and occasionally confute the obvious messages [429].

Алые паруса не были исключением из общего правила пост-сталинской кинематографии. Несмотря на кассовый успех, многие критики негативно отозвались о картине, улавливая в ней явные отголоски сталинской традиции. Почти сразу после выхода картины в Литературной газете появилась статья влиятельного документалиста и киноведа Юрия Ханютина «И не зацвела ивовая корзина» [430]. Ханютин пытался ответить на вопрос, в чем же причина рокового несоответствия между поэтическим языком Грина и языком кинематографической версии его произведения, и почему литературное чудо алых парусов не произошло на экране. Отмечая «тривиальные вставки и домыслы» сценаристов, Ханютин делает вывод: «Алые паруса трещат и рвутся под напором придуманных событий, их не надувает горячий ветер гриновской мечты» [431].

Сразу за статьей в Литературной газете в издании Литература и жизнь [432] последовало выступление Виктора Шкловского – одного из первых русских теоретиков кино, чьи статьи цитировались в начале данной части. Шкловский очень жестко высказался по поводу недостатков сценария картины. Аргументируя свое мнение цитатами из работ Ленина, Гегеля и Аристотеля, критик обвинил сценарий в излишнем идеологическом глянце и фальши. Шкловский писал, что «в картине нет главной идеи феерии – торжества осуществленной мечты над тем, что называется «здравым смыслом», а «заря выглядит старательно подкрашенной» [433].

-тут-

Обрушив лавину критики на сценаристов, Шкловский – опытный дипломат - проявил большую лояльность в отношении маститого режиссера картины. Посетовав на то, что «опыт и трудолюбие Александра Птушко, его изобретательность на сей раз не привели постановщика к созданию современного, истинно поэтического произведения», Шкловский в то же время признает, что зрители радуются картине и сочувствуют ее героям: «Люди принимают ленту. Они могли бы восторгаться ею, если бы она была снята ближе к Грину, если бы Грин был вдохновеннее прочитан» [434].

Критик положительно оценивает и выбор главных исполнителей, Вертинскую и Ланового, объясняя искусственность созданных ими образов недостатками сценария. Таким образом, всю горькую чашу своей критики Шкловский изливает на сценаристов Нагорного и Юровского, обвиняя их в обилии идеологического лоска.

В редакционной статье всесоюзного издания Ежегодник кино: 1961 экранизация гриновской повести была упомянута в негативном контексте. Картина ставилась в один ряд с другими экранизациями классических произведений 1961 года: говорилось, что подобные постановки «лишь опошлят литературные образы, как это и случилось с экранизациями чеховского «Дома с мезонином» и гриновских «Алых парусов» [435].

Ведущий советский гриновед Вадим Ковский в 1969 году также негативно высказывался о фильме. Критик отмечал, что «нельзя нарушать безнаказанно фактуру гриновского мира […] Тонкая кружевная сеть гриновских зависимостей и мотивировок не выносит никакого произвольного вторжения в ее узор». Создатели экранизации обладают «какой-то удивительной глухотой к внутренней музыке гриновских произведений, полным равнодушием к его эстетике» [436]. Ковский отметил также попытки насильственно «революционизировать» творчество Грина эпизодами мятежа в Зурбагане, назвав их «безвкусными» [437].

на верх страницык содержанию - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)