Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Литературная критика - Репрезентация творчества Александра Грина в СССР
к содержанию

7.2. Революция в Каперне (начало::окончание)

В фильме маленький Артур играет в предводителя разбойников, протестуя таким образом против собственного социального положения. Родители Грэя изображены карикатурно, как и принято было в советских сказках изображать злых помещиков. Отец – самодур, ведущий тяжбы с крестьянами, мать – злая барыня-помещица. Юный Артур, бунтуя против идеи социального неравенства, уходит из дома и отказывается от семьи, наследства и титула.

Этот эпизод, несуществующий у Грина, весьма важен для всей художественно-идеологической системы, которую представляет собой картина Алые паруса. Здесь мы встречаем типичный для сталинского канона образ семьи-горизонтали как семьи-класса, семьи-общества, в которую можно вступить, отказавшись от семьи-вертикали как системы традиционной родовой принадлежности [421]. Герой сталинского времени осознавал себя частью духовной семьи, коммунистической общины, отказавшись от порочащей его дух физической, индивидуальной семьи. Иконографическим примером такого идеологического просветления и отказа от классово-враждебных семейных уз может считаться история Павлика Морозова [422].

Иллюстрации детей к роману А. С. Грина Алые паруса

--

Итак, Грэй Птушко, пройдя через своеобразную классовую инициацию отказа от «малой семьи», вступает в «большую семью» рабочего класса и поступает на корабль юнгой. В ходе успешной трудовой карьеры [423] Грэй продвигается по службе, причем тяжкий труд моряка, как показано в нескольких эпизодах картины, приносит Грэю только радость и чувство глубокого удовлетворения. Как результат своих трудовых достижений Грэй получает место капитана – разумеется, не на собственном корабле, как сказано в гриновском оригинале. Его берет капитаном некий старый Дюк - персонаж, взятый из других произведений Грина [424].

Понятно, что от гриновского оригинала осталось очень немного: исчез задумчивый мальчик, потрясенный изображением парусника и замазывающий краской раны на руках Христа. Исчез образ его матери, Лилианы Грэй, – холодной, скованной светскими приличиями женщины, до безумия любящей своего странного сына. Исчезло возвращение Грэя в замок и покупка собственного корабля – мотив собственности был вычеркнут из сценария как идеологически некорректный.

Однако этим сюжетные и идеологические элементы фильма, наслоенные на гриновский текст и растворившие его, далеко не исчерпываются. В сценарий введена отдельная сюжетная линия восстания в Зурбагане. Эта линия естественно вплетена в основной ход повествования: кинематографический капитан Грэй (который, как уже известно зрителю, готов активно принять участие в классовой борьбе) после стычки с карикатурными жандармами помогает нескольким повстанцам бежать из Зурбагана в Лисс. При расставании в Лиссе Грэй говорит революционерам-подпольщикам: «Друзья, желаю вам удачи в ваших благородных намерениях».

Тема одухотворяющей мечты также решена в фильме в стиле эстетических норм революционного романтизма. Зрителю представлен набор патетических программных монологов. Так, первую речь о мечте («О хорошем люди должны мечтать!») Ассоль обращает к представителю рабочего класса угольщику Филиппу, как бы апеллируя таким образом ко всему рабочему классу [425].

Второй и заключительный монолог о мечте произносит Грэй в финале картины. Эта сцена больше напоминает торжественный митинг, где парторг выступает перед трудящимися на фоне красного знамени – в фильме функцию красного знамени исполняют гриновские алые паруса. Под маршевый звук ударных и фанфар капитан Грэй декламирует растиражированную фразу о том, что так называемые чудеса надо делать своими руками.

Финальная мизансцена картины носит очевидное сходство с так называемым «сакральным пространством» сталинского искусства, если воспользоваться определением Катерины Кларк. Грэй и Ассоль окружены радостной динамичной толпой моряков/пролетариата. Это зрелище напоминает традиционное художественное изображение Ленина и других партийных деятелей прошлого (исключая Сталина и его приближенных) в народе:

… the most common representation of Lenin is closer to that of ordinary people, who generally appear either as a mass or (especially if a smaller group) in some sort of motion or activity, often straining muscular, seminude bodies in the performance of some task [426].

-Твой рассвет. Рассвет души и тела-

В данном случае можно считать физической задачей изображение радости и ликования, который выражает масса колоритных моряков в своем беспрестанном движении. Алое полотнище и устремленность вперед фигур Грэя и Ассоль довершают впечатление классического произведения живописи сталинской эпохи.

Интересно, что весь музыкальный рисунок экранизации [427] носит приподнято-оптимистический характер, все композиции исполняются симфоническим оркестром, как и положено в былинно-сказочном произведении. Лирические темы, печальные или вопросительные оттенки – которые, кажется, наиболее соответствовали бы духу гриновского произведения - в музыкальной фонограмме Алых парусов отсутствуют.

Одухотворенная гриновская феерия превращается в масштабный эпический сказ, оснащенный парусниками.

Экранизация Алых парусов оказалась своеобразным отрицанием Грина. Тем более парадоксальным выглядит тот факт, что имя Грина наиболее тесно соединилось в сознании советских людей с фильмом режиссера Птушко, сделанного в соответствии со сталинским каноном эпической былины.

на верх страницык содержанию - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)