Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Литературная критика - Репрезентация творчества Александра Грина в СССР
к содержанию

7.2. Революция в Каперне (начало::окончание)

Алые паруса решены были в классическом стиле революционного романтизма [414]. Все психологические сложности были изъяты, на их место пришла упрощенная схематичность образов и принятая сталинским каноном условность актерской игры. К несомненным удачам постановки следует отнести дебют 17-летней Анастасии Вертинской (тогда еще московской школьницы) в роли Ассоль. Интересно, что изначально Птушко хотел представить зрителям Ассоль совершенно иначе - традиционной русской красавицей в стиле Тамары Макаровой или Аллы Ларионовой, с которыми он работал в своих предыдущих «былинных» картинах. На выборе Анастасии Вертинской настоял художник-постановщик картины Ливан Шенгелия, использовав ее образ в своих эскизах. Он считал выбор Вертинской жизненно важным для будущего фильма, утверждая, что гриновская героиня должна выглядеть именно так. Шенгелия вспоминает, что на этой почве у них с Птушко вышел серьезный конфликт – художник заявил, что уйдет из картины, если Птушко не пригласит Вертинскую на роль Ассоль. Разбирательство дошло до художественного совета картины, который выступил на стороне Шенгелии [415], и Вертинскую утвердили на главную роль в Алых парусах. Не менее показательным оказался и выбор актера на роль Грэя. Птушко пригласил молодого актера театра им. Е. Вахтангова Василия Ланового, знаменитого в то время своими романтическими театральными ролями.

Иллюстрации детей к роману А. С. Грина Алые паруса

--

До Алых парусов 26-летний Лановой успел сняться только в двух кинофильмах: Аттестате зрелости (1954) и Павле Корчагине (1956), основанном на канонизированном традицией социалистического реализма романе А. Островского Как закалялась сталь. Участие в последней кинокартине, где актер сыграл культовую для социалистического реализма роль Павла Корчагина, принесла Лановому всесоюзное признание. Фильм режиссеров Александра Алова и Владимира Наумова стал одним из лидеров проката. В глазах многих зрителей образ Ланового ассоциировался с трагической фигурой юного бойца за коммунистические идеалы, мученика революции, каким представили своего героя Алов и Наумов. В то же время, приход Ланового в кино стал сигналом изменения внешнего имиджа советских киногероев: на экране начали появляться положительные герои интеллигентной внешности, в то время как сталинский канон признавал героев почти исключительно с внешностью пролетариев. Как отмечала Туровская, … a pince-nez or even simply an intelligent-looking face typical of the first generation of Revolutionaries became on screen a visual symbol of unreliability […] The Revolution had to have a proletarian face […] The social priorities of this period were also those of physical labour and film-makers selected worker and peasant types, such as Nikolai Kryuchikov, Boris Andreyev, Pyotr Aleinikov, Boris Chirkov […] [416]

Новый внешний тип героя, представленный на советском экране Лановым в фильме Алова и Наумова, был одним из знаков «оттепели». Птушко тоже решил идти в ногу со временем. Он остановил свой выбор на Лановом и придал Грэю – в соответствии с литературным первоисточником – интеллигентно-аристократическую внешность. Однако одновременно он постарался максимально подчеркнуть близость своего Грэя к народу. По зову души Грэй перешел в лагерь пролетариата, и режиссер использовал немало вспомогательных сцен, чтобы акцентировать демократичность и классовую надежность своего героя. Помимо введения в картину понятия классовости, создатели фильма также изменили изначальный гриновский жанр «феерии», переведя его в плоскость привычной сказки-былины сталинского образца [417].

Оставаясь в рамках традиционного для сталинского кинематографа жанра, сценаристы Александр Юровский и Алексей Нагорный подробнее развернули историю детства Грэя. В сюжет введена была злая гувернантка – антагонистический персонаж, неотъемлемый элемент детской сказки [418]. Своей преданностью родителям Грэя (по классовому определению – помещикам) гувернантка совместила в себе враждебный сказочный и классовый архетипы.

Такой же традиционной стала мечта Ассоль о храбром принце. Заметим, что сам Грин пользуется словом «принц» очень осторожно. В повести это слово произносит Эгль, когда он беседует с маленькой Ассоль. При этом Эгль, играя роль волшебника, явно рассчитывает на детское восприятие и потому пользуется словами, понятными ребенку. Кроме этого случая, словом «принц» как издевательством пользуются еще жители Каперны, и смысл самого слова таким образом снижается и опошляется.

Тем не менее, мечта Ассоль в фильме Алые паруса переведена была в образную плоскость мечты о принце, что вполне соответствует жанру картины. Так, в сцене, когда Ассоль просыпается в лесу и видит у себя на пальце перстень Грэя, она радостно восклицает: «Принц!». Девушка бежит по лесной опушке, останавливается и, оборачиваясь к деревьям, кричит: «Прощайте, братцы! Меня ждет храбрый принц из далекой страны!» [419].

У Грина эта сцена является образцом психологической прозы:

На ее пальце блестело лучистое кольцо Грэя, как на чужом – своим не могла признать она в этот момент, не чувствовала палец свой. – «Чья это шутка? Чья шутка? – стремительно вскричала она. – Разве я сплю? Может быть, нашла и забыла?». Схватив левой рукой правую, на которой было кольцо, с изумлением осматривалась она, пытая взглядом море и зеленые заросли; […] Не было объяснений случившемуся, но без слов и мыслей находила она их в странном чувстве своем, и уже близким ей стало кольцо. Вся дрожа, сдернула она его с пальца; держа в пригоршне, как воду, рассмотрела она его – всею душою, всем сердцем и ясным суеверием юности, затем […] Ассоль уткнула лицо в ладони, из-под которых неудержимо рвалась улыбка, и. опустив голову, медленно пошла обратной дорогой [420].

-Каждая хозяйке уделяет много внимания посуде, находящей на кухне. Существует множество различных материалов для производства кухонной утвари. Посуда должна быть качественной, долговечной и функциональной-

Птушко сделал попытку перевести весь этот сложный психологический узор в область внешнего действия и более узнаваемых символов – как, например, повторное упоминание слова «принц», и бег героини к опушке леса вместо медленного задумчивого, наполненного счастьем движения. Язык кино – в особенности тот кинематографический стиль, которым привык оперировать режиссер – неудержимо увлек фильм в область резких движений, ярких красок и декламации, непоправимо нарушив акварельное, поэтическое очарование оригинала.

Вся сложная игра чувств, описанная Грином в сцене пробуждения Ассоль, ее потрясение при виде перстня, ее удивительное состояние по дороге домой – все это заменено традиционным восклицанием о «принце». Мечта гриновской Ассоль гораздо сложнее и многоцветнее, однако кинозрители, большая часть которых еще не была знакома с произведением Грина на момент выхода картины, об этом не догадывались. В 1961 году Алые паруса еще не достигли миллионных тиражей, которые обрушились на советский книжный рынок в 70-е и 80-е годы.

Помимо перемещения Алых парусов Грина в другую жанровую плоскость, создатели фильма сместили идеологические акценты. Вернее сказать, сценаристы просто дописали ряд несуществующих у Грина сцен, чтобы придать фильму нужный идеологический пафос. Наиболее удобным материалом оказалось социальное происхождение Артура Грэя – как мы помним, он был рожден и воспитан в родовом замке.

на верх страницык содержанию - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)