Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Н. Н. Грин - Из записок об А. С. Грине
назад :: вперёд :: содержание

Грин о себе

Александр Степанович не любил рассказывать о себе посторонним, да и близким рассказывал без большой охоты. И сам не расспрашивал На редкие, правда, просьбы редакций журналов(33) дать автобиографический материал он суховато отвечал:

«Моя биография — в моих книгах», говорил, что настоящий художник, по существу, является главным героем своих произведений. «Внешние наблюдения над разными людьми и случаями, — говорил он, — только помогают мне сконцентрировать и оформить впечатление от самого себя, увидеть разные стороны своей души, разные возможности. Я и Гарвей, и Гёз, и Эсборн — всё вместе. Со стороны на себя смотрю и вглубь и вширь. Только на самом себе и познаю мир человеческих чувств.

И чем шире в писателе способность проникать через себя в сущность других людей, тем он талантливее и разнообразнее. Он как бы всевоплощающий актёр. Мне лично довольно познать себя и женщину, любимую и любящую меня. Через них я вижу весь свой мир, тёмный и светлый, свои желания и действительность. И, какова бы она ни была, она вся выразилась в образах, мною созданных. Оттого я и говорю смело: в моих книгах - моя биография. Надо лишь уметь их прочесть".

"Бегущая по волнам" - один из самых автобиографических романов Грина. Это рассказ, в поэтических словах изображающий искания и находки Александра Степановича. Вступление о "Несбывшемся" - не личное ли звучит в нём?

Ребёнком, прочтя "Молли и Нолли", Кота-Мурлыки (Вагнера), затосковал он о той любви, жажда которой потом всю жизнь сопровождала его. Вот как рассказывал он мне об этом. "Я не знаю, что со мною стало, когда я прочёл эту сказку, я не понимал тогда ни слова "любовь", ни всего сопровождающего это слово, но детская душа моя затомилась, и теперь, переведя это на язык взрослых, я как бы сказал себе: "Хочу такого для себя!" Это бы первый стук в душу моих мужских чувств. Потом я узнал о Коте-Мурлыке, об этом человеке с пёстрой душой, сказавшем вовремя мне, ребёнку, верное поэтическое слово. Это было как слова Эгля для маленькой Ассоль. Я рос, жизнь била, трепала и мучила меня, а образ Молли не умирал и всё рос в моей душе, в моём понимании счастья".

И прелестные и дурные были на пути Грина. Биче Сениэль - итог этих встреч и исканий. Тут юношеская Вера Аверкиева и Екатерина Бибергаль, и Вера Павловна, и Мария Владиславовна(34), и Мария Сергеевна(35), и многие другие, ни имени, ни лиц которых я не знаю. Я никогда не хотела знать подробности о них. Молодость Александра Степановича, тяжёлая жизнь, незнание жизни, жадность к ней, "тоска о Молли", алкоголь, так обостряющий и скажающий желаемые образы, вечное беспокойство и ошибки. Поиски души женщины, воплощённой в желаемый образ, поиски Дези - девушки с простым сердцем и верой в чудеса, творимые руками человечности. Такие девушки непопулярны, не привлекают взора ни блеском ума, ни изысканностью. Они умеют любить, верить, быть женой, другом.

--

Псевдоним

Александр Степанович жил в Петербурге. Писал первые рассказы из революционной жизни, которые потом составили сборник «Шапка невидимка». Когда Измайлов, у которого должен был печататься один из первых рассказов Грина «Апельсины», спросил его, как он будет подписываться своей фамилией (Мальгинов) или псевдонимом, Александр Степанович, не желая быть Мальгиновым и зная, что не может Гриневским, с молодой пылкостью ответил — «Лиловый дракон». Измайлов расхохотался и сказал, что такой псевдоним совсем не годится. Тогда Александр Степанович взял первую половину своей настоящей фамилии(36).

Так родился псевдоним — «А. С. Грин». И это имя так плотно подошло к Александру Степановичу, что он говорил «Знаешь, я чувствую себя только Грином, и мне странным кажется, когда кто-либо говорит — Гриневский. Это кто-то чужой мне». Подписывался всегда «Грин» и меня именовал «Грин», утверждая, что и я не Гриневская, как и он. И когда мне пришлось получать паспорт в Феодосии, он попросил знакомую паспортистку проставить мне в нем — Н. Н. Грин.

Александр Степанович очень любил цветы фуксии и герани, говорил: «Это эстетствующие снобы мещане назвали их мещанскими цветами, так как они украшают жилища среднего люда. Цветы эти прелестны, и, если бы их было мало, их ценили бы, как орхидеи. Мещанских цветов нет, есть лишь, «мещане», не понимающие этой простой истины».

назад :: вперёд :: содержание


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)