Музей Грина
Музей Грина адрес

Гостевая книга музея Грина
Музей-корабль Александра Грина
Переезд А. Грина в Старый Крым
Музейная библиотека А. Грина
Полная биография жизни и творчества Александра Грина
Автобиография Александра Грина
Воспоминания о А. С. Грине

История создания музея Александра Грина в Феодосии
Выставки в музее Грина

Музеи Грина в других городах
Литературная критика творчества А. Грина

Библиография Александра Степановича Грина
Фильмы по творчеству Александра Грина

Ссылки на сайты музеев

Литературная критика - Поэзия и проза Александра Грина
Идеальные рассказы - назад - вперёд - к содержанию

Грин — особенный писатель в том смысле, что его личная биография совершенно совпадает с биографией творческой; бывшее с ним до того, как он написал первые рассказы, можно рассматривать как поиски прекрасного в мире, творчество продолжает эти поиски, становясь очередным и, как оказалось, главным моментом его биографии. Все, что он писал, было очень личным.

Первая попытка уловить прекрасное в зыбкой действительности оказалась неудачной. Найденные крупицы красоты не удовлетворяли Грина, который в мир пришел, подобно лирическому герою молодого Горького, чтобы не соглашаться. Не соглашаться — значит бороться. Эта горьковская позиция, которая в 90-е годы проявлялась как эстетическое бунтарство против безобразия мира, затем сменилась борьбой с теми, кто портит красоту мира, а в 900-е годы стала выражением идеологической борьбы с совершенно конкретным противником — русским капитализмом.

Эстетическое бунтарство Грина совпало со временем реакции после поражения революции 1905 года, он тоже объявляет борьбу осквернителям мира — в чисто эстетическом плане — и остается верен этой позиции, в сущности, до конца. Можно, конечно, сожалеть, что Грин не' пошел вслед за Горьким, но ведь тогда Грин не был бы Грином.

И 1909 году происходит его разрыв с действительностью, «захлопнулось, гремя, его души окно»,— как скажет впоследствии Грин в стихотворении «Больной волк». Разрыв, проявившийся наглядно в существовании параллельно реального и идеального творчества.

В начале 1909 года появились рассказы «Воздушный корабль» («Всемирная панорама», № 2) и «Рай» («Новый журнал для всех», № 3/1) — очень значительные в творчестве Грина произведения.

«Воздушный корабль» — реальный рассказ: маленькое общество из шести человек, утомленных жизнью, опротивевших самим себе, непредприимчивых и ленивых, среди них Степанов, персонаж несомненно автобиографический (псевдонимом Степанов Грин неоднократно пользовался). В нем живет жгучая потребность «продолжения какого-то неначавшегося, вечного праздника» (1,272). Бессонная, тоскливая скука, унылая тишина душ, ленивый сон мысли, усталость и отчужденность. Ненатурально взвинчиваясь, один из героев рассказа — беллетрист — начинает говорить о «крылатой северной породе людей», являющихся «прообразом грядущего», говорит, «поверив в свою искренность», а Степанов видит «впалые лбы, неврастенически сдавленные виски, испитые лица, провалившиеся глаза и редкие волосы» (1,275). И сразу после этого грудной женский голос поет «По синим волнам океана». В томительной тишине зала поплыло «великое о великом», ожила серая фигура в исторической треуголке, «в чьем образе неразрывно сплетено золото императорских орлов с грозной музыкой „Марсельезы"» (1,277). Страшная, губительная пропасть разверзается перед Степановым, в голосе женщины, как и в своей душе, он чувствует «незримые руки мольбы, протянутые к плоской равнине жизни и к вечно витающему, вспыхивая редкими воплощениями, призраку человека» (1,277). Кто-то зажег электричество, и «в безжалостном свете раскаленной проволоки ещё жалче и бессильнее было его лицо маленькой твари, сожженной бесплодной мечтой о силе и красоте» (1,277). Так заканчивается «Воздушный корабль».

Итак, мечта о силе и красоте оказывается бесплодной, существование без «общей идеи» бессмысленным, «лелеемая ложь» декадентствующего беллетриста неприемлемой. Если бы Грин закончил свой рассказ самоубийством Степанова, было бы очень логично. «Скука жизни — это страшная, темная силища, которая одним дуновением своим может искалечить слабого человека на всю жизнь. От нее спиваются, сходят с ума, развратничают, убивают... Она может зародиться в глубине всякой души, потому что она есть опять-таки инстинктивная тоска духа человеческого о хорошем, о красоте жизни, о свободе...» (Горький М. Собр. соч. в 30-ти т. Т. 23, с. 297). Понятно, почему неприятие «серой» действительности и у Грина (исключительно) и у Горького (во многом) носило эстетический характер: очень уж обесцветил мещанин жизнь!

--

«Рай» — логическое продолжение «Воздушного корабля», рассказ с ярко выраженным авторским кредо; Грин придавал ему, по-видимому, особое значение: в 1909 году он поместил его в «Новом журнале для всех», а также в альманахе современных писателей «Звуки жизни» вместе со стихотворением «Смерть девушки» (вариант «Молодой смерти»); он открывает первое собрание сочинений Грина 1913 года.

Рассказ обнаженно декларативен, вызывающ, горек, начиная с эпиграфа: «Через некоторое время я обернулся и увидал громадную толпу, шедшую за мной... Тогда первый, которого я видел, войдя в город, сказал мне: — Куда вы идете? Разве вы не знаете, что вы уже давно умерли?» (В. Гюго. «Отверженные», кн. VII, гл. IV).

Пятеро самоубийц собираются на последний ужин. Люди, переставшие быть людьми, им не остается ничего другого, кроме смерти. Банкир: «Нет человека. Он разбит вдребезги, и мы - осколки его». Бухгалтер: «Я ничего не знаю. А на земле все ясно... все ясно, и поэтому нельзя жить. Из горошины, например, апельсин не вырастет» (вариант известной мещанской формулы «Уши выше лба не растут», которая на этот раз обратилась против самого создателя). Капитан: «Скучно, холодно, нечем жить. Тоска убивает меня. Как я живу? Доклады, рапорты, строевые ученья, маневры, карты — изо дня в день совершается убийство человека. А ведь я действительно надеялся, я ревниво хранил в себе жажду счастья, какого-то особенного счастья». Людей убивает все та же страшная силища — скука жизни.

Жизнь героев рассказа — агония перед смертью. Почему так? Грин остро чувствовал, как односторонне и уродливо развивается личность в буржуазном обществе, с горечью видел, что общественные отношения не создают условий для появления сильных характеров, страстей, творчества; норма — духовная красота гармонически развитого человека — становится все более и более недостижимой.

на верх страницы - назад - вперёд - к содержанию - на главную


 
 
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
 
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)